Домой Библиотека Связь

Правда - дочь времени

Генрих Дауб

     Наша главная цель - уничтожение такого количества немцев, какое только возможно. Я ожидаю, чтобы каждый немец западнее Рейна и в той области, в которую мы входим, был уничтожен.

Дуайт Эйзенхауэр.
Из обращения к армии перед Рурским наступлением.

На официальном уровне в странах Запада по отношению ко Второй мировой войне сложилась такая схема: был "народ-преступник", виновный во всех бедах и преступлениях войны, "народы-освободители" и "народ-жертва", понёсший самые большие жертвы в этой войне. В предыдущей своей статье я попытался показать несоответствие исторической правде первой части этой идеологической конструкции. Но не намного ближе к исторической правде и остальные её части. Кто кого и от чего освободил и что взамен принёс, тоже надо рассматривать подробнее, если мы не хотим ограничиваться только пропагандистскими лозунгами. Что касается жертв, то, по моему глубокому убеждению, не один только народ, а все народы Европы, попавшие в жернова войны, оказались её жертвами.

Кто пытается рассуждать на эту тему или исследовать её, наталкивается на жёсткую заданность вышеназванной схемы, а также на окрик, преследование, вплоть до уголовного. Историки, желающие определить истинные причины войны, вскрыть картину преступлений всех её участников или определить подлинные цифры погибших в концлагерях, тут же получают ярлык "историка-ревизиониста". Особенно, если они пытаются исследовать масштабы геноцида национал-социалистического режима по отношению к восточноевропейским евреям. Мало того, эти историки могут познакомиться с уголовным кодексом и даже попасть в тюрьму, как это недавно произошло с английским историком-"ревизионистом" Дэвидом Ирвингом. Австрийский суд определил ему как меру наказания за "отрицание холокоста" 3 года тюрьмы. Такой же срок в Западной Европе часто получают убийцы и насильники. Насколько Ирвинг в действительности "отрицает" и что именно отрицает, сказать трудно. Ведь с Д. Ирвингом и другими историками-"ревизионистами" никто особенно не полемизирует, их аргументационную и документальную базу никто не рассматривает. Их просто сажают. Преследования со стороны неофициальных структур, заинтересованных в сохранении вышеназванной идеологической конструкции, могут быть ещё более жёсткими: бывали случаи, что историков-"ревизионистов" обливали кислотой, сжигали их дома, избивали и т.д. Ну что же, те, кому нужны защищённые законом табуизированные темы, знают, зачем им это надо. Думающие люди тоже понимают, кому и зачем эти табу нужны. Для нас, российских немцев, это вообще не новость и не загадка. Ведь мы сами со своей историей были десятилетиями табуизированной темой в СССР. При помощи наложения запрета на эту тему и на тему депортации других народов в СССР советская власть защищала прежде всего себя, замалчивая свои преступления. В истории человечества табу известны, начиная с первобытнообщинного строя. Чаще всего власть имущие при их помощи защищали систему своей власти, полезные для неё мифы, которые помогали им эту власть удерживать.

Говоря о жертвах еврейского народа во время Второй мировой войны, академик Игорь Шафаревич в своей книге "Русский вопрос" (М., 2003) пишет: "Безусловно, очень большое число евреев было уничтожено... После войны это уничтожение больших масс восточноевропейских евреев получило название "Холокост" (труднопереводимый термин, видимо, древнегреческого происхождения, означающий примерно "жертва через сожжение"). Иногда употребляется термин "Катастрофа"... Причём не отрицается, что и другие народы в это время перенесли катастрофу, но тогда, знаменательным образом, это слово пишется с малой буквы. Такое выделение страданий, перенесённых именно евреями, как некоторого совершенно особого явления, как-то задевает нравственное чувство других жертв. Ведь и потери поляков, сербов, белорусов вряд ли поддаются точному подсчёту и были для этих народов тоже национальной катастрофой". Как мы видим, выразил свою мысль академик Шафаревич очень корректно. Но, с точки зрения западной официально разрешённой исторической версии, и она уже есть попытка покушения на основы основ, попытка "ревизии истории".

Что тут скажешь? Сам термин "историк-ревизионист", на мой взгляд, бессмыслен. Если человек историк, то он не может не подвергать ревизии всё, что было исследовано до него. Каждое новое поколение историков, в каком бы направлении исторической науки они ни работали, подвергает ревизии предыдущие исследования своей науки в избранном вопросе, используя новые документальные исторические источники и по- своему интерпретируя уже известные. А иначе они не историки. Не надо выстраивать табу и бояться лжи - она легко разбивается при помощи аргументов и фактов. Не надо никого преследовать. У лжи, как известно, ноги короткие - она далеко не уйдёт. Конечно, разрешение историкам-ревизионистам высказывать свои взгляды нарушило бы спокойную идиллическую жизнь на официальном научном Олимпе. С этими историками пришлось бы профессионально дискутировать, а это хлопотно. И чревато... Но зато не было бы над ними никакого ореола мучеников и героев. А пока остаётся горький привкус от ограничения свободы высказывать своё мнение. И, во всяком случае, непонятно, какое отношение имеют исследования этих историков к уголовному кодексу. Так что нам не остаётся ничего другого, как вслед за Шафаревичем признать: "...В любом случае мужество этой небольшой группы (историков-"ревизионистов" - Г.Д.), преследуемой по всему миру, внушает уважение. Заведомо далеко не все они являются немцами, пытающимися забыть неприятный эпизод своей истории, доказать, что была "обычная война". Например, одним из первых был француз Рассинье, участник Сопротивления, попавший за это в немецкий концлагерь. Да и борются они в любом случае за освобождение от произвольно накладываемых запретов, за свободу научного исследования и человеческой мысли вообще".

В своей книге "Россия, век 20, 1939-1964" выдающийся современный русский мыслитель, историософ и литературовед Вадим Кожинов, выдвигая свой взгляд на Вторую мировую войну, вообще и на упомянутый мною вопрос в частности, высказывает настолько крамольные мысли, что я их здесь и привести не могу. Но, с моей точки зрения, они очень аргументированы и я могу только порекомендовать читателям эту книгу прочитать. В ней В. Кожинов, во многих работах проявивший себя как честный исследователь, в принципе тоже выступает как историк-ревизионист. Даже поверхностно познакомившись с сутью разногласий между историками-ревизионистами и официальной линией в западной исторической науке, приходишь к выводу, что чуть ли не в центре всех этих споров находится вопрос о жертвах еврейского народа во время Второй мировой войны. Историки-ревизионисты с упорством камикадзе атакуют непотопляемый авианосец официально разрешённой версии, добиваясь свободы исследований во всех вопросах.

Пока существовала социалистическая система, существовали и различия в подаче официальной версии вплоть до вузовских и школьных программ истории. Жителям западных стран, начиная со школьной скамьи, список жертв войны подавался и подаётся в следующей последовательности: главными жертвами Второй мировой войны называется еврейский народ, за ними следуют цыгане, гомосексуалисты, психически больные люди. О том, что среди главных жертв было огромное количество русских, поляков, белорусов, а также отправленных нацистами в концлагеря коммунистов и социал-демократов из всех оккупированных Германией европейских государств, в том числе и из самой Германии, говорилось гораздо меньше. В социалистических странах, в том числе в бывшей ГДР, главные жертвы войны подавались в зеркально отражённой последовательности: первыми всегда назывались коммунисты и советские военнопленные, затем евреи, иногда и цыгане, народы своих стран (поляки, русские, белорусы и т.д.). Я бы не хотел давать какую-то свою оценку этой иерархии жертв, корни которой уходят в идеологические различия разных систем. Более того, я хочу обратить внимание читателей совсем на другое: большинство исследователей, как само собой разумеющееся, выносят за пределы своих рассуждений немецкий народ. А ведь немецкий народ во Второй мировой войне также был одной из самых больших коллективных жертв. В абсолютном исчислении людских потерь немецкий народ понёс в этой войне самые большие потери после народов Советского Союза, а в относительном, очевидно, сопоставимые. Для немцев война тоже стала катастрофой, не поддающейся точным подсчётам, были огромные потери и страдания, и не только во время войны, но в ещё большей степени в послевоенные годы, когда для других народов самое страшное осталось уже позади.

Нельзя сказать, что о немецких жертвах в войне вообще никто не говорит. Информацию об этом можно найти прежде всего в работах представителей тех групп немецкого народа, которые пострадали от войны больше других и страдали дольше - изгнанных из Восточной Пруссии, Силезии и Померании, судетских немцев, румынских, югославских, российских... Пишется это, как правило, не для того, чтобы выставлять кому-то счета или выдавливать из кого-то извинения. И не для того, чтобы страдания своего народа превратить в какие-либо дивиденды для живущих сегодня. Память о павших для нас не может быть гешефтом. Но, как и другие народы, немцы, думая о своих жертвах, тоже вправе сказать: "Никто не забыт, и ничто не забыто". Немцы, как и другие народы, вправе оплакивать свои жертвы, ставить им памятники и т.д. И также, как и другие, немцы вправе назвать имена военных преступников и палачей своего народа.

Подача информации о немецких жертвах несопоставима по количественным параметрам с аналогичной информацией по странам-победительницам, в том числе и в самой Германии. Много написано о жертвах народов Советского Союза, Польши и других европейских стран. И, бесспорно, это правильно. Литература о холокосте - это более 85000 только наименований книг за послевоенное время - это по масштабам вообще ни с чем не сравнимо. Литература, посвящённая жертвам со стороны немецкого народа, - это практически единицы наименований. Хотя в последнее время наметилось оживление и в этой области. Нравится это кому-либо или нет, но происходит именно пересмотр истории, то есть её ревизия. Этот процесс наблюдается как за пределами Германии, так и в ней самой, как в странах западной Европы и США, так и в странах Восточной Европы. Этому не стоит удивляться, рано или поздно правда должна была прорваться наружу. Вот несколько примеров по Германии. В 2002 году в одном из самых авторитетных изданий - журнале "Шпигель" опубликованы материалы об изгнании немцев из Восточной Германии. Нобелевский лауреат Гюнтер Грасс написал книгу о потоплении советской подлодкой корабля "Вильгельм Густлофф" - самой крупной в истории мирового мореходства катастрофе, в результате которой погибло более 9000 человек, в основном беженцев из Восточной Пруссии - женщин, стариков и детей. В феврале-марте этого года второе немецкое телевидение показало документальный фильм "Фойерштурм" ("Огненный смерч") и художественный фильм "Дрезден", посвящённые бомбардировкам городского населения Германии. Эти фильмы, хотя они и сделаны под мощным влиянием политкорректной цензуры, всё же означают, что немцы начали более трезво и взвешенно смотреть на свою собственную историю, в том числе и на вопрос о жертвах своего народа во Второй мировой войне. Подтверждается истина: нет ничего тайного, что по прошествии времени не становилось бы явным. Как сказал кто-то из мудрых, правда - дочь времени. Нам надо только хотеть её знать.


Кто виноват в военных преступлениях?

Вторая мировая война была качественно иной по сравнению с первой. Если в Первой мировой войне из общих потерь 95% составляли военные и 5% гражданские, то во Второй - потери военных составили 33%, а гражданского населения - 67%. Ни с чем не сравнимыми в истории человечества были и масштабы потерь. Абсолютно точных данных о потерях мы, наверное, не получим никогда. Общие потери всех погибших во Второй мировой войне оцениваются от 55 миллионов до 64 миллионов человек. Российский историк Б. В. Соколов называет такие цифры: общее количество погибших и умерших в СССР за период Второй мировой войны до 1945 года - 43.448 тыс человек, в Германии - 5.950 тыс. человек. В том числе гражданских лиц: в СССР 16.900 тыс., в Германии 2.000 тыс. У других авторов часто встречается цифра потерь немецкого гражданского населения - 2400 - 2500 тыс. человек. Российский политолог Леонид Радзиховский даёт ещё большую цифру жертв немецкого гражданского населения - 3810 тыс. человек. "Почти все это - результат страшных англо-американских бомбардировок", - пишет он в своей статье "Война за жизнь и война за свободу" (июнь 2004 г., www.rg.ru). По СССР чаще всего встречаются другие цифры - общие потери 27-29 миллионов человек, из них 17 миллионов - гражданское население. Следует учитывать, что цифры потерь по Германии даны только на период 1941-1945 годов. Самые же свои большие потери немецкий народ понёс уже после войны - с 1945 по 1951 год. Они, по разным оценкам, составили от 6 до 7 миллионов человек: убитыми во время вторжения войск союзников, во время изгнания 15-16 миллионов немцев из восточных районов Германии, в плену и в результате голода в Германии в конце 40-х годов.

Б.В. Соколов в своей книге "Цена войны: людские потери СССР и Германии, 1939-1945" (www.infran.ru) пишет: "Советский Союз и Германия понесли наибольшие потери во Второй мировой войне, главным образом, в борьбе друг против друга". И добавляет фразу, которая уходит корнями в христианское мировоззрение: "Ныне это уже не может, не должно отравлять взаимоотношения германского и русского народов". Это же мнение, кстати, очень часто, присутствует и в книгах немецких писателей, историков, я часто слышал его от простых людей, в том числе и от немецких ветеранов войны, многие из которых пережили советский плен. Этому можно только радоваться, потому что только на основе взаимного прощения мы сможем восстановить между нашими великими нациями добрые отношения, которые существовали тысячу лет - отношения дружбы и взаимного сотрудничества. Впрочем, и с другими народами отношения могут стать нормальными тоже только тогда, когда бывшие враги, протягивая друг другу руки для дружеского рукопожатия, открыто глядят в глаза друг другу. На основе вечного унизительного стояния немецкой стороны на коленях достичь этого будет труднее: в этой позе нельзя увидеть глаза того, с кем хочешь помириться. Нужно ли доказывать, что такая зрительная перспектива не очень способствует развитию дружеских чувств? Причём с обеих сторон.

Что касается боевых действий, в которых со всех сторон погибло много солдат, то можно сказать, что ни немецкие, ни русские солдаты, ни солдаты других стран никакой вины друг перед другом не несут. Вина на политиках. "В своё время, - пишет Соколов, - финский маршал К.Г. Манергейм в приказе по армии 13 марта 1940 года в день завершения войны (имеется ввиду советско-финская война) писал: "Более 15 тысяч из вас, кто вышел на поле боя, никогда не увидят снова своих очагов, а сколь многие из вас навсегда потеряли способность к труду! Но вы также нанесли врагам тяжёлые удары, и, если 200 тысяч из них лежат в снежных сугробах и смотрят невидящими глазами в наше хмурое небо, в том нет вашей вины".

Что касается массовых убийств гражданского населения при бомбёжках, в концлагерях, массовых расстрелах, в процессе изгнания немцев из бывших восточных территорий Германии - самой крупной в истории человечества этнической чистке, или во время массовых изнасилований женщин на оккупированных территориях и т.д., то у всех этих преступлений есть конкретные виновники - те, кто планировал, да и те, кто исполнял тоже. Я отрицаю идею "коллективной вины" народов друг перед другом. Ответственность за преступления лежит на конкретных политиках и военных. Людям надо дать возможность свободно исследовать масштабы предполагаемых немецких преступлений, а не табуизировать их. Убеждён, что наложение табу на любые темы может вызвать только сомнение в истинности того, что табу призваны защитить. Ответственность за массовые изнасилования и убийства немецких женщин и детей в Восточной Пруссии и других районах восточной Германии, за варварское изгнание немецкого населения со своей родины лежит не только на совести тех советских солдат и офицеров, которые это совершали, но и на совести политиков и тех военных "стратегов", которые эти преступления планировали или поощряли у своих подчинённых и даже призывали к насилию и убийствам среди гражданского населения (например, призывы Ильи Эренбурга, распространяемые в Красной Армии). Но тёмные страницы во Второй мировой войне есть не только у немцев и у русских, есть они и у западных союзников: они тоже совершали массовые преступления против беззащитного гражданского населения. Теперь уже доподлинно известно, что англо-американская авиация намеренно бомбила немецкие города с целью уничтожения как можно большего количества гражданского населения. У этого преступления тоже есть конкретные имена тех, кто его планировал и исполнял.


Воздушный террор - кто начал первым?

Как уже было сказано выше, львиную долю потерь среди гражданского населения Германии ещё во время войны составили жертвы воздушного террора со стороны англо-американской авиации. Кто несёт вину за развязывание массовых бомбардировок гражданского населения во Второй мировой войне? Долгое время считалось, что во всём виноваты немцы, подтверждалось это и решениями Нюрнбергского процесса. Немцы якобы первыми начали бомбардировки гражданских объектов и убийство с воздуха женщин, детей, стариков, а затем получили справедливое "возмездие". Кто "посеял ветер, тот пожал бурю" - аргумент, которым западные союзники оправдывали массовые бомбардировки городов Германии.

Так кто же первым применил бомбардировки гражданских объектов? Как вообще цивилизованная Европа пришла к такой варварской идее - воздействовать на исход войны путём убийства миллионов ни в чём не повинных женщин, стариков и детей. Это не эффектные слова, об этом говорит статистика. Российский автор Михаил Максимов в статье "Война без правил" приводит следующие данные: во всех возрастных группах потери среди женщин превышают потери среди мужчин приблизительно на 40%, количество погибших детей также очень высоко - 20% от всех потерь, потери среди старших возрастов составляют 22%. (www.hedrook.vho.org/library/maksimov.htm).

После первой мировой войны стало ясно, что решающую роль в будущей войне будут играть воздушные силы. Один из первых теоретиков будущей воздушной войны итальянский генерал Джулио Духет (Giulio Douhet) уже в 1921 году выдвинул идею, что в будущей войне победит тот, кто уже с самого начала сможет уничтожить военно-воздушные силы противника - самолёты и аэродромы и сможет закрепить своё господство в воздухе. Он считал, что целью ударов с воздуха будут не только вооружённые силы противника, но и его коммуникации и индустриальные центры. Духет совершенно цинично заявлял, что в будущих войнах гражданское население тоже станет одной из главных целей военной авиации. Он указывал, что следствием целевых ударов на гражданские объекты, жертвами которых станут женщины, дети, старики, больные и раненные люди, станет то, что гражданское население и армия противника очень скоро будут деморализованы и направят свой гнев против собственного правительства. Таким образом будут достигнуты те же результаты, как в России в 1917 году и в Германии в 1918 году: правительства будут свергнуты и страны-противники вынуждены будут капитулировать.

Между тем, уже в 20-е годы одни только рассуждения на эту тему были преступными, так как к этому времени уже были выработаны основные положения о понятии военное преступление. На Второй Гаагской мирной конференции 18 октября 1907 года 44 страны мира и среди них все великие державы подписали договор, в котором говорилось, что воюющие страны должны применять свои вооружённые силы таким образом, чтобы не пострадало гражданское население и важные для его жизнедеятельности объекты. На Вашингтонской конференции по ограничению вооружений в 1922 году был выработан документ, известный как "Правила войны". Этот документ был известен всему мировому сообществу. В нём говорилось буквально следующее: "Воздушные бомбардировки с целью терроризирования гражданского населения, или разрушения и повреждения частной собственности невоенного характера, или же причинения вреда лицам, не принимающим участия в военных действиях, воспрещаются" (статья 22, часть II).

В теоретическом обосновании и разработке технологии наиболее эффективных методов бомбометания активную и ведущую роль во время Второй мировой войны сыграл профессор Ф. А. Линдеманн. Этот еврейский беженец из Германии сделал в Англии заметную карьеру - он стал советником У. Черчилля. В конце 1941 года профессора С. Цукерман и П. М. Блэкетт, тоже советники премьер-министра, по его просьбе исследовали эффективность бомбардировок немецких городов в предыдущий период. По результатам своего исследования оба профессора решительно отвергали возможность нанесения серьёзного урона населению Германии и посоветовали в дальнейшем сосредоточиться больше на бомбардировке военных целей, например, немецких подводных лодок. Черчилль дополнительно проконсультировался у профессора Ф. А. Линдеманна. Линдеман имел перед собой свидетельства неизменной неэффективности бомбардировок немецких городов с военной точки зрения. И всё же он сумел убедить английское руководство в целесообразности таких бомбардировок и разработал эффективную технологию, которая не требовала больших изменений в тактике командования бомбардировочной авиацией для её претворения в жизнь. И 14 февраля 1942 года английское командование предписало командованию авиацией в качестве первоочередной задачи атаковать жилые кварталы в определённых промышленных городах: "Относительно новой директивы по бомбардировкам полагаю, что целями должны быть кварталы, - писал сэр Чарльз Портал своему помощнику сэру Норману Боттомли, - а, к примеру, не верфи или авиазаводы в числе упомянутых целей. Это должно быть доведено до сознания, если до сих пор не понято" (Д. Ирвинг, "Разрушение Дрездена").

Линдеманна попросили разработать для обсуждения концепцию стратегии бомбардировок, с помощью которой Великобритания могла бы эффективно оказывать поддержку своим союзникам на востоке. Линдеманн такую концепцию разработал и представил правительству 30 марта 1942 года. В своём докладе премьер-министру профессор от дьявольских наук проводил мысль о том, что бомбардировки территории Германии способны подорвать моральный дух противника, при условии, если их объектом станут рабочие кварталы пятидесяти восьми германских городов с населением более 100 тысяч жителей в каждом. Линдеманн, получивший позже за свой вклад в убийство миллионов женщин, детей и стариков Германии звание лорда Шервелл (Cherwell), представил Черчиллю в этом докладе не только научные доказательства эффективности таких бомбардировок, но и рекомендации, какие именно немецкие города надо бомбить. В общем списке была и жемчужина европейских городов - Дрезден. Макс Хастингс в своей книге (Max Hastings. Bomber Command) утверждает, что "доклад Шервелла окончательно обосновал программу действий для бомбардировочной авиации и с этого момента был включен в планы бомбовых налётов". Линдеманн настаивал на том, что для того, чтобы бомбы не тратились впустую, необходимо сосредоточиться на бомбардировках кварталов с многоэтажными домами, в которых в основном жили рабочие. Он подсчитал, что на 40 тонн бомб, которые упадут на "застроенные районы", придётся "от 4000 до 8000 людей, которые лишатся крова". Хастингс делал из этого вывод, что Линдеманн "надеется превратить немцев в нацию беженцев и надеется на большое количество трупов под развалинами, хотя он и был достаточно осторожен, чтобы это не сформулировать так отчётливо" ("Holocaust in Dresden", Artikel aus The Barnes Review, Feb. 1995, www.wintersonnenwende.com).

Напав на Польшу 1 сентября 1939 года, немецкие военно-воздушные силы под руководством Германа Геринга уже в первые два дня войны уничтожили все польские аэродромы и самолёты. Они практически не успели взлететь. То же самое произошло и с французскими военно-воздушными силами в 1940 году. Они тоже были ликвидированы в первые дни войны.

Варшава подверглась первым бомбардировкам уже в первый день войны. При этом немецкие лётчики старались не сбрасывать бомбы на жилые кварталы. 1 сентября Гитлер заявил, что он не ведёт войну против женщин и детей и что он дал приказ люфтваффе бомбардировать только военные цели. 2 сентября 1939 года правительства Франции и Англии также торжественно заявили, что их военно-воздушные силы никогда не будут бомбардировать гражданское население и памятники культуры, а только "строго военные объекты в самом узком значении этого слова".

Как выполнил своё обещание Гитлер? 16 сентября немецкое командование потребовало от польского руководства без боя сдать Варшаву. Польское правительство в капитуляции отказало, хотя ситуация для поляков была безнадёжной. Город был подвергнут артиллерийскому обстрелу и бомбардировке с воздуха. Несколько районов города были полностью разрушены. 18 сентября Варшава капитулировала. Как видим, пальму первенства применения бомбардировки городов во Второй мировой войне можно отдать немцам. Но действия немецкой авиации не нарушали международные нормы ведения войн. Французский военный атташе сообщал в своей депеше в Париж: "Здесь не было выходящего за рамки и чрезмерного использования воздушных сил". Немецким пилотам было приказано щадить жилые кварталы. За выполнением этого приказа строго следили. Перед бомбардировкой польской столицы немецкое командование предупредило об этом гражданское население и предложило ему заранее покинуть город.

Второй после немцев бомбардировку городов во Второй мировой войне предприняла советская авиация. Мало кто знает, что 30 ноября 1939 года советско-финская война тоже началась с бомбардировки финских населённых пунктов. Уже в первый день войны только в Хельсинки от бомбардировки советскими самолётами погиб 91 человек гражданского населения. 25 июня 1941 года вторая советско-финская война также началась с ещё более массированной бомбардировки - на населённые пункты и города Финляндии полетели 480 советских бомбардировщиков. Было много человеческих жертв. Советские стратеги тоже усвоили учение Духета и целью бомбардировок ставили деморализацию населения страны настолько, чтобы это привело к падению правительства. В обоих случаях бомбёжки, наоборот, вызвали небывалую консолидацию финского народа с правительством, даже левые партии выступили с призывом к рабочим защищать родину от захватчиков.

Но по поводу этих действий немецкой и советской авиации следует сказать, что ни бомбардировка Варшавы, ни бомбардировки советскими самолётами финских населённых пунктов 30 ноября 1939 года исторической наукой не считаются началом воздушного террора. В обоих этих случаях ещё нельзя говорить, что уничтожение как можно большего числа гражданских лиц стало частью стратегии ведения войны, как это позже стало присуще стратегии и политике западных союзников, в особенности Англии.

И английская, и немецкая сторона датировали начало воздушного террора по-разному. Началом послужил довольно курьёзный случай. 10 мая 1940 года во время военных действий против Франции звено немецких самолётов, состоявшее из трёх машин, заблудившись из-за плохих погодных условий, сбросило свои бомбы на город Фрайбург. Сброшено было 70 бомб. Жертвами стали 57 человек убитыми, из них 22 ребёнка - одна бомба упала прямо на детскую игровую площадку. Геббельс тут же этим воспользовался и заявил, что это сделали либо англичане, либо французы. Французы настаивали на своей невиновности. Вторя их заявлению, военно-воздушное министерство Великобритании опубликовало предупреждение о том, что рассматривает утверждения Германии как "несоответствующие действительности". Нацистская пропагандистская машина подняла большой шум и стала требовать нанесения ответных ударов по английским городам. Но люфтваффе в это время были заняты военными действиями во Франции, и по требованию Геринга призывы к таким ударам были прекращены. Геббельс ограничился пропагандистской кампанией под громким названием "Убийство детей во Фрайбурге". Англичане сделали вывод, что Гитлер сам приказал подвергнуть бомбардировке своё население, чтобы иметь моральное право на бомбёжку английских городов. 10 мая 1940 года ушедшего в отставку Чемберлена, проводившего политику "умиротворения" Германии, на посту премьер-министра сменил Уинстон Черчилль, сторонник жёстких мер и решительных действий. По приказу Черчилля, в этот же день в качестве предупреждения английские самолёты нанесли в ночь на 10-11 мая 1940 года бомбовый удар по Мёнхенгладбаху, во время которого в центре города было разрушено несколько домов и погибло три человека. Помощник командующего авиацией Дж. М. Спейт прокомментировал это событие так: "Мы (англичане) начали бомбардировки объектов в Германии раньше, чем немцы стали бомбить объекты на Британских островах. Это исторический факт, который был признан публично... у нас не хватило духа предать гласности наше великое решение, принятое в мае 1940 года. Нам следовало огласить его, но мы, конечно, допустили ошибку. Это - великолепное решение" (цит. по: Михаил Максимов. "Война без правил", www.hedrook.vho.org/library/maksimov.htm). По мнению известного английского историка и военного теоретика Джона Фулера, тогда "именно от рук г-на Черчилля сработал взрыватель, который вызвал взрыв - войну на опустошение и террор, небывалые со времён вторжения сельджуков".

На Нюрнбергском процессе защитник Германа Геринга доктор Отто Шамер 22 марта 1946 хотел предоставить суду победителей документы, доказывающие, что британские ВВС первыми начали систематические бомбардировки населённых пунктов Германии. Штамер заявил: "Для определения вины существенным является определение того, начала ли люфтваффе нападения на города после того, как английские воздушные силы нанесли многочисленные удары на гражданское население". Председатель суда лорд Джофрей Лоуренс (Geoffrey Lawrence) отклонил предоставленные к рассмотрению суда документы. Ведь Нюрнбергский процесс не был судом против военных преступлений вообще. Это был трибунал победителей над побеждёнными, на котором осуждались не военные преступления вообще, а только немецкие военные преступления.


Начало пропаганды воздушной войны против Германии

14 мая 1940 года немцы во время операции по захвату Голландии совершили налёт на Роттердам силами в 100 бомбардировщиков. По стечению трагических обстоятельств, сигнал об отзыве бомбардировщиков в связи с тем, что голландское главнокомандование согласилось капитулировать, пришёл слишком поздно, и 60 бомбардировщиков успели сбросить свои бомбы. Целью бомбардировщиков, как обычно, немцы выбрали позиции артиллерии, поэтому зажигательных бомб не применяли. Но часть бомб попало в маргариновый завод, и по всему городу стало расплываться горящее масло. Начались пожары. По меркам военного времени жертвы были небольшими: погибло 980 человек, в основном в пожарах, охвативших 2,9 квадратного километра территории города. Здесь нет возможности в деталях описать подробности подготовки и исполнения немцами атаки на Роттердам. Приведу лишь слова английского учёного Дэвида Ирвинга из его книги "Разрушение Дрездена": "Была ли это тактическая операция или - как позже заявили в Нюрнберге - исключительно акция по терроризированию гражданского населения - это вопросы морали. Бомбёжка в любом случае не может считаться незаконной с точки зрения статьи 25 Гаагской конференции 1907 года, которую подписывали как Великобритания, так и Германия: Роттердам не был незащищённым городом". 16 июля 1940 года голландцы сделали заявление, ставшее в Англии и США началом оголтелой пропаганды воздушной войны против Германии: "Преднамеренное, злодейское нападение на безоружных, беззащитных граждан Роттердама - это преступление. В течение семи с половиной минут, когда самолёты находились над городом, были убиты 30000 человек - 4000 ни в чём не повинных мужчин, женщин и детей погибали каждую минуту".

После капитуляции Франции 22 июня 1940 год немцы начали воздушную войну за господство над английским небом. Люфтваффе не удалось добиться поставленной задачи. С обеих сторон были тяжёлые потери, и о вторжении в Англию при таких обстоятельствах нельзя было и думать. Геринг попросил у Гитлера разрешение начать ночные бомбардировки двух английских индустриальных центров - Манчестера и Ливерпуля. Гитлер эту просьбу отклонил. У него были другие планы. 31 июля 1940 года в Оберзальцберге он сообщил своему генеральному штабу и командному составу вермахта, что собирается напасть на Советский Союз. При этом он рассчитывал, что ослабленные англичане будут держаться тихо. Кроме того, он видел в них "братьев по расе" и естественных союзников в борьбе с коммунизмом. Может быть, именно поэтому он, неожиданно для многих, своим приказом от 24 мая 1940 года остановил наступление немецких танков и предупредил полное уничтожение 200-тысячной английской экспедиционной армии, отступление которой после сражения у Дюнкерка превратилось в паническое бегство. Во всяком случае, и многие современные исследователи не могут объяснить причины этого приказа.

Для англичан вплоть до открытия второго фронта в 1944 году нападения на жилые кварталы городов Германии с целью деморализации немецкого населения были практически почти единственной надеждой оказать влияние на ход войны. Черчилль писал в своих мемуарах, что 8 июля 1940 года он дал указание начать бомбардировки германских городов, так как попытка организовать голодную блокаду Германии не удалась. По его мнению, оставалось лишь одно средство, которое "...способно отбросить противника и поставить его на колени - это всё истребляющая и всё уничтожающая воздушная война при помощи самых тяжёлых бомбардировщиков со стороны Англии против родины нацизма. Мы должны победить врага при помощи этого средства. Другого средства я не вижу" (Klaus Rainer Rohl Verbotene Trauer. Ende der deutschen Tabus. Munchen, 2004). Это было объявлением войны хижинам.

Восемь раз за лето англичане бомбили немецкие города (в том числе такие крупные, как Любек, Росток, Кёльн), на что немцы не отвечали. Они в это время сосредоточились на битве за воздушное пространство Англии. При этом основными целями были аэродромы. В августе 1940 года эта битва была немцами практически проиграна. Первые ночные налёты английских бомбардировщиков на города Рурской области взбешённый Гитлер 4 сентября 1940 года в своей речи в Берлинском дворце спорта открыто заклеймил как трусливые действия и пригрозил ответить тем же. Наконец, 7 сентября 1940 года люфтваффе подвергли бомбардировке Лондон. В промежуток между 7 сентября - 3 ноября 1940 года люфтваффе бомбила Лондон 57 раз, и на него было сброшено 10000 тонн бомб. Англичане в это же время почти каждую ночь бомбили Берлин, а с 9 сентября и Гамбург. Продолжалась частая бомбардировка Рурской области. Воздушная война эскалировала. 9 ноября, выступая в Мюнхене, Гитлер заявил: "Я принимаю вызов... Они хотят уничтожить Германию с воздуха. Теперь я им покажу, кто будет уничтожен".


Начало тотальной воздушной войны

После этого взаимные бомбёжки городов становятся всё более частыми.15 ноября 1940 года был подвергнут бомбардировке английский город Ковентри (200 тыс. жителей) - центр английской авиамоторной промышленности. Английский историк N. Longmate подтверждает, что немецкие самолёты стремились сбрасывать свои бомбы на предприятия, "но из-за того, что пространство между фабриками и заводами было тесно застроено жилыми домами, избежать жертв среди гражданского населения было невозможно". Бомбардировщики сбросили 503 тонны фугасных и 881 тонну зажигательных бомб. По данным Ирвинга, в городе погибло 380 человек (по другим данным - 568 человек), на следующую ночь от немецкой бомбардировки погибло ещё около 700 человек в другом английском индустриальном центре - Бирмингеме. Ирвинг так пишет о бомбардировке Ковентри: "Конечно, вряд ли можно сомневаться в том, что, если бы бомбовый груз 449 немецких бомбардировщиков состоял преимущественно из зажигательных бомб, если бы они направлялись на район цели большой массой, таким же образом, как действовали бомбардировщики в случае крупных атак 5-й авиагруппы на Брунсвик, Дрезден и другие города, и если бы атака сосредоточилась на средневековом центре Ковентри, как это было в случае с Дрезденом, то, несомненно, в городе полыхал бы огненный смерч. Это привело бы соответственно к большему количеству жертв. Эту возможность немцы великодушно упустили" (Д. Ирвинг. "Разрушение Дрездена"). После этого больших бомбардировок английских городов практически больше не было. Немецкая пропаганда назвала этот налёт "гигантской воздушной бомбардировкой", чем изрядно помогла официальной английской пропаганде, обвинившей люфтваффе в "варварстве". По мнению автора книги "Воздушная война в Германии" генерал-майора Ганса Румпфа, именно налёт на Ковентри принято считать началом тотальной воздушной войны. Хотя после этих бомбардировок немцы снова приостановили свои бомбардировки, так как большинство немецких самолётов было перебазировано на восток. Англичане продолжали активные бомбардировки немецких промышленных центров вплоть до начала 1942 года. Воздействие этих налётов на экономику Германии было очень незначительным, немцы быстро восстанавливали разрушенное, а производство вооружения не только не снижалось, но и неуклонно возрастало.

И во время первых дней войны с СССР в 1941 году немецкие воздушные силы действовали в соответствии с учением Духета о необходимости достижения господства в воздухе. Было разрушено 36 военных аэродромов. Небольшое количество самолётов советским лётчикам удалось поднять в воздух и посадить в глубоких тыловых аэродромах, куда германская авиация долететь не могла. Но именно фактор огромных расстояний был одним из главных отличий от военных действий в Польше, Франции, Норвегии, Дании и на Балканах: одни только размеры Советского Союза делали невозможным успех в блицкриге. Само соотношение реальных сил Германии и размеров СССР вело к тому, что Германия не могла бы себе позволить, даже если бы захотела, такую роскошь, как ковровые бомбардировки городов. В СССР действовала германская армия - вермахт, танковые, артиллерийские и пехотные войска, и военно-воздушные силы нужны были для поддержки её наземных операций. То есть бомбовые удары наносились преимущественно по военным целям и коммуникациям. Немецкая авиация - люфтваффе сражалась за господство в советском воздухе, которого она так полностью и не добилась, несмотря на большие успехи в начальный период. Совершенно ясно, что при этом огромные потери понесло и гражданское население, разрушения получали и гражданские объекты. Урон народам Советского Союза за время войны вообще был нанесён страшный. Но о целенаправленном воздушном терроре против гражданского населения СССР со стороны люфтваффе я нигде данных не встретил. Англия и США же вплоть до открытия второго фронта имели практически только две возможности ведения военных действий: налёты с воздуха и операции на море, что они широко и применяли.


Война хижинам. Начало неограниченного воздушного террора.

После нападения японцев на Перл-Харбор 7 декабря 1941 года и объявления со стороны Германии войны Соединённым Штатам 17 декабря этого же года американцы тоже вступили в воздушную войну против Германии. На протяжении всей войны американцы отказывались принимать участие в ночных бомбардировках и в бомбардировках невоенных целей. Это позволило англичанам в последующее время сосредоточиться почти исключительно на бомбардировках немецких населённых пунктов. Целью этой стратегии, как и предлагал теоретик войны Духет, была деморализация всего немецкого народа - и гражданского населения, и солдат, воюющих на фронтах. Предполагалось, что поступление массовых сообщений солдатам-фронтовикам о погибающих в тылу их жёнах и детях ослабят боевой дух немецких солдат. 30 марта 1942 года советник Черчилля Ф. А. Линдеманн (лорд Cherwell) в вышеупомянутом докладе представил своему шефу план применения всех имеющихся в наличии английских самолётов исключительно для бомбардировок жилых кварталов немецких городов. При этом он настаивал на том, чтобы бомбардировались прежде всего многоэтажные дома, населённые рабочим классом. "Дома среднего класса построены на больших площадях, разбросанно, и это неминуемо приведёт к неэффективной трате бомб", - говорил он. В таком случае, делал он вывод, к середине 1943 года третья часть всех немцев лишится жилья. С июня 1942 года английские самолёты стали почти исключительно заниматься выполнением этой задачи. Шефом специально созданной стратегической команды бомбардировщиков (Strategic Bomber Command) 22 февраля 1942 года стал фанатично ненавидевший немцев маршал авиации Артур Т. Харрис (Arthur T. Harris). Харрис всей душой принял план Линдеманна в качестве первоочередной задачи бомбардировать жилые кварталы, тем более, что с 14 февраля 1942 года (то есть ещё до назначения Харриса) этот план стал уже официальным предписанием руководства страны командованию бомбардировочной авиации. Сэр Артур Харрис предложил каждую ночь подвергать мощному бомбовому удару с участием как минимум 1000 бомбардировщиков какой-нибудь немецкий город. Так начался неограниченный террор против гражданского населения. Длилась эта воздушная война против гражданского населения три года и превратила жизнь жителей немецких городов в ад, который зачастую был страшнее, чем тот, который переживали солдаты на восточном фронте. Руководство страны, стараясь спасти хотя бы детей, отправило из больших городов всех детей старше десятилетнего возраста в массовом порядке в сельскую местность и в более спокойные регионы Германии - Силезию, Восточную Пруссию и Судетскую область. Организацию вывоза сотен тысяч детей, их распределение, обеспечение едой и уходом можно смело назвать одним из самых больших чудес, осуществлённых государственным аппаратом нацистской Германии. Среди детей десятилетнего возраста и старше было поэтому относительно мало жертв бомбёжек.


Налёт тысячи бомбардировщиков на Кёльн

В своей книге, написанной в 1921 году, теоретик войны Джулио Духет предлагает своим читателям представить, что будет, если 1000 бомбардировщиков нападут на один из таких европейских городов, как Берлин, Париж или Лондон. Он специально избрал такую фантастическую для условий начала 20-х годов цифру, чтобы, описывая масштабы разрушений, поразить воображение читателя. Но маршал британской авиации фанатичный германофоб Харрис вбил себе в голову, что нужно собрать именно такое количество самолётов для нанесения ударов по немецким городам. 30 мая 1942 года, впервые в этой войне, 1000 английских бомбардировщиков напали на немецкий город - Кёльн. Перед этим по приказу Харриса был успешно уничтожен центр Любека. Здесь не было военных объектов или военной промышленности. Но зато было много старинных, сохранившихся со времён средневековья и легко горевших домов, из которых, как выражался Харрис, получится хороший костёр. Собрав 1000 самолётов, задействовав почти всех своих пилотов, в том числе молодых и неопытных, он и цель выбрал такую, которая бы не вызывала больших сложностей. Большой город Кёльн с выделяющимся силуэтом мощного собора был хорошо видной с воздуха целью. Но налёт 1000 бомбардировщиков своей цели не достиг. Город перед этим пережил уже 268 бомбардировок, в которых погибли 323 человека, поэтому жители знали, как себя вести при сигнале "воздушная тревога". В городе были построены мощные бомбоубежища. Погибло "только" 460 человек. Зенитками было сбито 40 самолётов. Но 45000 жителей Кёльна в эту ночь потеряли своё жильё. С большим трудом удалось вырвать из их рук сбитых и схваченных жителями лётчиков, над которыми они хотели устроить самосуд. Этот налёт ещё раз показал ошибочность теоретических выводов Духета и сторонников его идей в английских штабах: к деморализации населения эти бомбёжки не приводили, и ярость немцев была направлена не против собственного правительства, а против англичан. Все жители города, в том числе и те, кто не был сторонником Гитлера (а таких в Кёльне было особенно много), несмотря на своё отчаяние, сплотились ещё больше. В город приехал Геббельс и почти без охраны ходил по разбомбленным кварталам города и общался с жителями города. Ещё один интересный момент. Бомбардировке были подвергнуты в основном кварталы, где жили рядовые жители города, а элитный район Кёльн-Мариенбург с пышными садами, прилегающими к шикарным, конца 19 века, виллам, практически остался нетронутым на протяжении всей войны. Делалось это по дьявольскому плану Линдеманна из экономии, ведь 200-килограммовая бомба, сброшенная на такую виллу, вносила небольшой вклад в выполнение черчиллевского плана лишить крова как можно больше немцев. В этом элитном районе были после войны поселены офицеры оккупационных войск.


Конференция союзников в Касабланке

В январе 1943 года на встрече Черчилля и Рузвельта в Касабланке англичане и американцы окончательно договорились, что американские лётчики будут заниматься только дневными налётами на военные цели и транспортные узлы, что было более опасным и требующим большей точности. Англичане с радостью сосредоточивались на грязной части воздушной войны - ночных бомбардировках немецких городов. Общая концепция Касаблакской директивы от 21 января 1943 года выражалась следующим образом: "Вашей первоочередной целью будет эскалация действий по разрушению и дезорганизации германской военной, промышленной и экономической системы и подрыв морального духа немцев до такой степени, когда их способность к вооружённому сопротивлению будет безвозвратно утрачена" (Д. Ирвинг. Разрушение Дрездена). Директиву можно было трактовать и так, и эдак. Но контроль над операциями был прерогативой главнокомандующего бомбардировочной авиацией. Сэр Артур Харрис ясно выразил своё видение проблемы в письме в военно-воздушное министерство 6 марта 1943 года. В нём фразу "и подрыв морального духа немцев" он процитировал как "имеет целью подрыв морального духа..." С изменением формулировки менялся и смысл предложения. Харрис составил список немецких городов, которые должны были быть подвергнуты бомбардировкам, и отдал на подпись Черчиллю. Он всё ещё надеялся, что после того, как его лётчики превратят в развалины большинство городов Германии, "вся страна заполнится криками о помощи и стенаниями, а отчаянные просьбы замученного народа всё это прекратить в конце концов приведут к свержению правительства" (по книге Клауса Райнера Рёля).


Переход к массовому убийству населения

В феврале-марте этого года по второму немецкому телевидению прошёл фильм "Фойерштурм", посвящённый бомбардировкам германских городов во Второй мировой войне. В нём было названо общее количество жертв от бомбардировок - 400 тыс. гражданских лиц. В нём также указывалось, что убийство как можно большего числа жителей Германии было стратегической целью англичан. Маршал Харрис, фанатично зацикленный на идеях Духета, хотел всем доказать, что только силами своей бомбардировочной команды он сможет заставить Германию капитулировать. И до осени 1943 года были проведены три самых разрушительных и кровавых авианалёта на Германию. 29-30 мая 1943 года вся мощь бомбардировочной авиации Англии обрушилась на город Вупперталь на восточном краю Рура.

24 июля 1941 года последовала наиболее успешная и блестяще организованная бомбардировка Гамбурга, которая уничтожила плотно заселённую старую часть города и рабочих пригородов с общим числом жителей в 200 тысяч человек. Харрис лично придумал название этой операции - "Гоморра". В придумывании названий своим варварским бомбардировкам тоже отражается характер личности маршала авиации, его бесконечный цинизм. После этой бомбёжки в английском генеральном штабе за Харрисом закрепилась кличка "мясник".

Уже во время бомбёжки Кёльна в немецкой ПВО было применено новое, недавно изобретённое устройство - радар. Радар быстро совершенствовался и уже скоро давал возможность определять приближающиеся эскадрильи вражеских самолётов ещё только при их подлёте к немецкому побережью. Радар делал эти самолёты видимыми для немецких истребителей ночью. Вскоре радарной системой были оснащены и зенитные системы немцев. Всё это вело к большим потерям со стороны союзников.

При налёте на Гамбург англичане использовали тоже свою техническую новинку, при помощи которой им удалось вывести из строя немецкую радарную систему. Называлось это новшество "Windows" и было чрезвычайно простым. Непосредственно перед бомбардировкой над Гамбургом были сброшены пакеты, в каждом из которых было по 2000 тонких, по 27 сантиметров длиной, станиолевых лент. 27 сантиметров - такова была длина волн, на которых работала радарная система немцев. Медленно спускающиеся с неба тонкие станиолевые полоски на экранах радаров фиксировались в качестве тысяч маленьких точек - и немецкие ночные истребители и зенитные батареи снова ослепли. Гамбург лежал перед нападающими бомбардировщиками абсолютно беззащитный. Кроме того, была применена новая, теоретически разработанная такими учёными, как Линдеманн, технология бомбометания, направленная исключительно для уничтожения как можно большего количества гражданского населения. Англичане сначала сбрасывали фугасные бомбы, которые при взрыве создавали ударную волну, которая в жилом квартале города площадью 1 кв. км. срывала все крыши и выбивала окна. Следом за ними летели тысячи маленьких зажигательных бомб, вызывавших огромное количество пожаров, на протяжении ночи слившихся в одно сплошное море огня. И ещё одно страшное новшество применили англичане при бомбардировке Гамбурга - фосфорные бомбы. Это были небольшие бомбы весом всего в 12 кг, они пробивали жилой дом до самого подвала. Наполнены эти бомбы были жидкой смесью из бензина и 5 килограммов жёлтого фосфора - ускорителя процесса горения, который воспламеняется сразу же после того, как приходит в контакт с кислородом. Поэтому его горение не может быть потушено водой, так как в её состав тоже входит кислород. Во время бомбардировки на улицы города из домов выбегали горящие факелами люди - взрослые и дети. Напрасно они искали спасения - его не было. Многие в отчаянии прыгали в канал, но от соприкосновения с водой загорались ещё сильнее. Пожары были такими сильными, что температура воздуха достигала тысячи градусов, на улицах плавился асфальт, пожар съедал весь кислород, так что многие либо задохнулись, либо погибли от жары. Угарный газ, более тяжёлый, чем воздух, стелился у самой почвы, опускался в подвалы, где многие люди прятались от бомбардировки, и тысячи людей в подвалах просто задохнулись от этого газа. На смену ночным бомбардировкам англичан с наступлением дня приходили налёты американцев. Гамбург пережил подряд 4 ночных и 3 дневных массированных налёта на протяжении 5 дней. За эти дни в городе погибло до 45 тыс. человек. Для сравнения: это было в 2 раза больше, чем общее количество погибших в германо-французской войне 1870-1871 годов. 200 тысяч человек были ранены и на всю жизнь стали калеками. 800 тыс. человек остались без крова. Несколько дней в Гамбурге бушевал огненный шторм, а столб дыма достигал высоты 4 километра.

Третьей крупной атакой 1943 года, в которой, как и в налёте на Гамбург, создавался огненный смерч за счёт одновременного попадания сотен тысяч зажигательных бомб, стал налёт на Кассель в ночь с 22 на 23 октября 1943 года. Во всех трёх бомбардировках не было сколько-нибудь значительных помех со стороны немецкой противовоздушной обороны. Но официально английское правительство утверждало, что в Гамбурге бомбёжке были подвергнуты стратегические цели, при которой, "к сожалению", погибли и гражданские лица. На самом деле женщины, старики, дети и больные люди к этому времени и стали настоящей стратегической целью трусливых и коварных акций английских лётчиков. Правду об этой бомбардировке вскоре сообщила нейтральная пресса. Бомбардировка Гамбурга знаменовала собой переход этой воздушной войны к организованному массовому убийству гражданского населения. Но и в Гамбурге не произошла ожидаемая англичанами деморализация населения. По всей северной Германии прошли мощные акции поддержки и сбора пожертвований пострадавшим жителям древнего ганзейского города. Мощную помощь сумело организовать руководство региона (гауляйтунг). Солидарность людей была огромной и умело организовывалось национал-социалистским руководством. Но эта солидарность уходила корнями не в национал-социалистскую идеологию, а отражала исторически сложившиеся национальные черты характера немцев: стойкость, упорство и даже упрямство. Уже через несколько недель жизнь пострадавших была, насколько это позволяли обстоятельства, более или менее налаженной. Ни из Гамбурга, ни из любого другого разбомбленного англичанами немецкого города не исходило ни малейшего проявления недовольства по отношению к правительству Германии. "Великий стратег" - "мясник-Харрис" и сторонники его стратегии в английском генштабе не могли понять, в чём дело.

В ответ на бомбардировку Гамбурга немцами были осуществлены попытки нанести "удары возмездия" по Англии, но они больших успехов не принесли. Незащищённые истребителями немецкие бомбардировщики, направляясь на Англию, летели на верную смерть. Вскоре эти попытки были прекращены. Тысячи истребителей, которые германским самолётостроителям удалось в это время произвести, были в основном направлены на Восточный фронт, а не на защиту населения городов. Война с СССР забирала почти все силы. Гитлер обещал отстроить немецкие города после победы, и "ещё краше, чем прежде". Отстроить их удалось только в 60-е годы, но стали они гораздо некрасивее, чем были прежде. Могу об этом судить по Майнцу, в котором живу: следы бомбардировок и сегодня отчётливо видны, а послевоенная архитектура, да ещё и при вынужденно поспешной застройке, мало радует глаз.

Германия была надорвана, но далеко ещё не побеждена. Подорваны были также силы СССР, истекала кровью измотанная войной экономика Англии. Европейские страны во взаимной бессмысленной бойне надрывали силы друг друга, приуготовляя будущий переход Европы на второстепенные роли в театре мировой политики.


Стратегия тотального уничтожения немецких городов

Маршал Харрис всё ещё был убеждён, что своими бомбардировками сломит немецкое сопротивление. 28 августа 1943 года началось планомерное уничтожение, квадрат за квадратом, столицы Германии - Берлина. Именно с этого времени появился термин "ковровые бомбардировки", отражавший стратегию планомерного, часть за частью, уничтожения немецких городов. Одного за другим. По списку Харриса. По поводу бомбардировок Берлина он сказал: "Я хочу испепелить этот кошмарный город из конца в конец". 7 декабря 1943 года Харрис пообещал министру ВВС, что до 1 апреля 1944 года он разрушит главные города Германии как минимум наполовину. В марте 1944 года ему пришлось приостановить бомбардировки Берлина, так как предстояло открытие второго фронта. К этому времени 10 кв. километров города лежали уже в развалинах, 1,5 миллиона жителей Берлина потеряли крышу над головой. Удивительно, что даже в такой обстановке немцы ухитрялись сохранять чувство юмора. В то время был популярен анекдот: кого можно считать трусом? Ответ: жителя Берлина, ушедшего добровольцем на фронт. И никакой деморализации населения Берлина, которой Харрис всё ещё надеялся добиться своими бомбардировками, скорее, наоборот. В это время в самой Англии тоже впервые прозвучали критические голоса по поводу стратегии и практики воздушного террора. В палате лордов с речью выступил George Bell, сказавший, что ковровые бомбардировки не способствуют достижению окончания войны. В своей речи он процитировал нейтральные шведские газеты, сообщавшие, что жители Берлина после самых страшных бомбардировок наполнялись "яростью против Великобритании" ("Schreckliche Ernte. Der teure Versuch das deutsche Volk auszurotten". Von Ralph Franklin Keeling, Chicago, 1947. Institute of American Economics). Во время войны англичане сбросили на Берлин больше бомб, чем немцы за всю войну на всю Англию.

Не наблюдалось в Берлине и проявления недовольства по отношению к своему правительству, что предполагает учение Духета о воздушных войнах. Геббельс и Геринг с сопровождающими лицами посетили развалины Берлина, разговаривали с жертвами. Ни один из жителей не высказал ни одного негативного слова по отношению к правительству, люди только спрашивали, когда же, наконец, будут нанесены обещанные "удары возмездия". Нацистские бонзы, естественно, обещали и намекали, что вождь нации готовит применение "чудо-оружия". Немцы к этому времени разработали ракету "Фау-1" ("Vergeltungswaffe" - оружие возмездия). Практически это была обычная бомба весом в 2,2 тонны с ракетным двигателем и точностью попадания радиусом в 4 километра. То есть её можно было применять действительно только для террора против гражданского населения. 6 июня 1944 года началась высадка союзных войск.16 июля 1944 года удалось нанести первые удары по английской территории при помощи ракет "Фау-1". Немцы успели выстрелить на Лондон несколько тысяч этих ракет, пока союзники не захватили пусковые установки. Затем немцы создали более совершенную ракету - "Фау-2". Она, в отличие от "Фау-1", не могла быть обнаружена тогдашней системой ПВО, так как беззвучно падала вниз на цель из самой стратосферы. Практически это был прототип современной ракеты среднего радиуса действия, межконтинентальной ракеты и других современных ракет. На Лондон удалось сбросить около 1500 дорогих "Фау-2" до того момента, когда немецкие ракетные базы были захвачены. В первые три недели после ракетного обстрела в Лондоне было зарегистрировано 2752 погибших. Уже скоро всем стало понятно, что немецкие ракеты были обычными бомбами, такими же, как и английские. Только англичане ежедневно сбрасывали на Германию таких бомб в сотни раз больше, чем немцы на Англию.

Настоящим чудо-оружием стала бы атомная бомба, создать которую Германия могла. Уже в 20 годы немецкие физики разработали для её создания необходимую научную основу. Но немцы в 40-е годы на государственном уровне, скорее всего, над проектом атомной бомбы не работали, хотя сегодня существуют всевозможные спекуляции на эту тему. В совокупности с первой в мире ракетой среднего радиуса действия она стала бы страшным оружием в руках Гитлера. Американцы до конца войны боялись, что немцы применят атомную бомбу. Наконец, в июне 1945 года им самим удалось создать такие бомбы, которые они вскоре и применили в Хиросиме и Нагасаки. Правда, доставить туда их им пришлось на самолётах. Это было очень рискованно, так как самолётам для сброса пришлось спускаться слишком низко и поэтому они могли быть сбиты. Атомное оружие - это качественный скачок в развитии дьявольских технологий по массовому уничтожению людей. При помощи атомной бомбы можно не только терроризировать население городов противника и сеять панику, его можно просто полностью уничтожать. Правда, ракеты "Фау-2" теоретически могли служить носителем и любого другого оружия массового поражения. Но применение усовершенствованного после первой мировой войны смертельного газа "Табун" Гитлер отклонил, так как сам испытал во время войны на себе его действие. После одной газовой атаки в первой мировой войне ефрейтор Гитлер на долгое время ослеп. Он с ненавистью относился к самой идее использования такого оружия и считал его применение подлым и трусливым. Хотя произведено смертельного газа было много как в Англии, так и в Германии, но он аккуратно хранился в складах до конца войны и, к счастью, так и не был применен. Что касается биологического оружия, то Гитлер запретил даже исследования в направлении его создания. Напротив, Черчилль, как это стало известно только в июне 2001 года, готовился под кодовым названием "Operation Vegetarian" применить возбудитель сибирской язвы антракс для заражения крупного рогатого скота в Германии. Испытания этого биологического оружия успешно прошли в Шотландии, и оно было пущено в серийное производство. Но война шла к концу, и применить его, к счастью, уже не успели.


Бомбы против заводов синтетического горючего

Судьба этой войны была решена не преступлениями английской бомбардировочной команды во главе с "мясником Харрисом" против гражданского населения Германии, а советской армией на восточном фронте и дневными целевыми налётами американцев на западном. Бомбардировщики американцев, сопровождаемые самыми современными, недавно созданными истребителями, шаг за шагом уничтожали всю военную инфраструктуру Германии и прежде всего производство и доставку горючего. Понятно, что без горючего вести военные действия было просто невозможно. Особенно большую роль сыграло уничтожение сооружений по производству синтетического топлива. Немцы, не имевшие своих месторождений нефти, научились производить жидкое горючее из угля, которого у них было много.

В этой связи российский автор Михаил Максимов сообщает следующее. В послевоенном отчёте американского Управления по изучению результатов стратегических бомбардировок есть удивительный факт: оказывается, в Германии был один-единственный завод по производству дибромэтана - для этиловой жидкости. Дело в том, что без этого компонента, необходимого для производства авиационного бензина, не полетел бы ни один немецкий самолёт. Но, как ни странно, этот завод ни разу не подвергся бомбардировкам, о нём просто никто не подумал. А ведь если бы союзники сосредоточили свои бомбёжки только на этом заводе, то остальную германскую промышленность можно было бы вообще не трогать. Даже если бы германские авиазаводы выпускали тысячи самолётов, без горючего их можно было бы только катать по земле. Вот как по этому поводу написал Джон Фуллер: "Если в наш технический век солдаты и лётчики не мыслят технически, они приносят больше вреда, чем пользы".

С апреля 1944 года бомбардировки союзников действительно ненадолго стали стратегическими: бомбёжкам подвергались железные дороги Германии и заводы по производству синтетического горючего. И к концу 1944 года железнодорожный транспорт Германии был практически парализован. Производство синтетического горючего упало с 316 тыс. тонн в мае 1944-го до 17 тысяч тонн в сентябре. В результате топлива не хватало ни авиации, ни танковым дивизиям. Отчаянное наступление немцев в Арденнах в декабре этого же года захлебнулось во многом именно по этой причине. Немецкие танки просто стали. Заводы синтетического горючего в конце 1944 года производили только 200 тонн горючего. Это был конец. У третьего Рейха было огромное количество фантастическими темпами изготавливаемых танков и самолётов, вышел в серийное производство первый в мире турбореактивный самолёт Ме-262. Для серийного производства была готова первая в мире ракета ПВО. Были разработаны новые подводные лодки, которые могли находиться дольше всех под водой. Они были невидимы для радара и оснащены торпедами, которые сами находили свою цель. Таких подводных лодок успели произвести несколько штук. Во время безостановочных бомбёжек Киля в конце октября 1944 года они были почти все разрушены. А вместе с ними и весь центр города. ВМФ ФРГ использовал некоторые из этих подлодок ещё в 60-е годы. Союзники поражались уровню немецкой науки и технологии, изобретательности и талантливости немецких инженеров и конструкторов. Но весь этот огромный арсенал самого современного оружия ничего не значил без горючего. С уничтожением заводов гидрации угля война была практически проиграна.


Страшнее Хиросимы - Дрезден

С осени 1944 года у англо-американских союзников стало так много самолётов, что для них перестало хватать промышленных целей. И для того, чтобы эти самолёты не бездействовали, американцы стали вместе с англичанами участвовать в последовательном уничтожении немецких городов. К полному удовлетворению Артура Харриса. Сильнейшим совместным налётам были подвергнуты Берлин, Штутгарт, Дармштадт, Фрайбург, Хайльбронн. Апогеем акций массового убийства стало уничтожение Дрездена 13 февраля 1945 года, когда вопрос о капитуляции Германии был уже делом нескольких месяцев. В это время в городе было огромное количество гражданского населения. По данным нового издания энциклопедии Брокхауза, в Дрездене было 630 тысяч жителей, кроме того, в это время здесь находилось, по данным Д. Ирвинга ("Разрушение Дрездена"), ещё 600 тысяч эвакуированных и беженцев с востока. То есть всего до 1.230 тысяч человек. Дрезден был одним из красивейших городов Европы. Это был старинный музейный город, построенный в стиле барокко. Союзники устроили здесь бойню, достойную любого военного трибунала. Дрезден погиб в урагане адского огня. Бойню начали 800 английских бомбардировщиков в ночь с 13 на 14 февраля 1945 года. На центр города было обрушено 650 тысяч зажигательных и фугасных бомб. Днём город бомбили 1350 американских бомбардировщиков, на следующий день - 1100. Центр города был буквально стерт с лица земли. Всего было разрушено 27 тысяч жилых и 7 тысяч общественных зданий на 14 квадратных километрах городской территории. Тотальному уничтожению подверглись 75 тысяч квартир. Сколько погибло горожан и беженцев, точно неизвестно до сих пор. О действительном количестве погибших и сгоревших дотла в развалинах города имеются разные оценки. Чиновники города ещё 22 марта 1945 года сообщили о 68.650 погибших. Но речь при этом шла только об идентифицированных жертвах. Количество сгоревших дотла можно оценивать только приблизительно. Встречаются данные общего количества погибших - до 455 тысяч человек. Данные международного Красного Креста от 1946 года (Report of the Joint Relief 1941-1946) говорят о 275 тысячах погибших. Ральф Франклин Килинг, американский учёный, написал в своей книге, опубликованной ещё в 1947 году: "Дрезден, величиною с Питтсбург, был уничтожен полностью, и почти все 620 тысяч человек были похоронены под его руинами". Сразу после войны американский госдепартамент сообщил о 250 тысячах погибших. Власти, отвечавшие за спасательные работы, называли более скромную цифру - от 120 тысяч до 150 тысяч (из книги Д. Ирвинга). Сам Д. Ирвинг считает, что "с большой степенью определённости можно принять цифру... 135 тысяч в качестве точной оценки..." И добавляет, что и эта цифра всё ещё гораздо выше, чем количество жертв атомной бомбардировки в Хиросиме - 71379 погибших ("Разрушение Дрездена"). Цифра 35 тысяч погибших, названная в недавно показанном телевизионном художественном фильме "Дрезден", не выдерживает, с моей точки зрения, никакой критики: при уничтоженном количестве зданий - 34 тысячи, получается на один городской дом (в основном многоэтажный) - одна жертва. Огромное количество беженцев вообще никак учесть невозможно - они ведь в массе своей даже не были зарегистрированы. В любом случае Дрезден и Гамбург можно поставить в один ряд с Хиросимой и Нагасаки: "Когда огонь из горящих зданий прорвался сквозь крыши, над ними поднялся столб раскалённого воздуха высотой около шести километров и диаметром километра три... Вскоре воздух накалился до предела, и все, что могло воспламениться, было охвачено огнём. Все сгорело дотла, то есть и следов от горючих материалов не оставалось, только через два дня температура пожарища снизилась настолько, что можно было хотя бы приблизиться к сгоревшему району", - свидетельствует очевидец.

Большей жестокости по отношению к невинному населению - преимущественно женщинам и детям - нельзя себе представить. Возможно, Хиросима и Нагасаки - это ещё большая жестокость, если здесь вообще уместно как-то сравнивать эти преступления. Но в одном жертвам американской атомной бомбардировки было лучше - большая их часть погибла, не испытав страха, в одно мгновение. Последнее, что они увидели, был яркий свет, в следующее мгновение они были уже мертвы. Жители Дрездена и многие тысячи беженцев, которые были в это время в Дрездене и на его улицах, погибли в адских муках, в море огня, научно и хладнокровно спланированном Харрисом и его сподручными. Многие десятки тысяч людей пытались спастись в переполненных людьми парках и других зелёных насаждениях. Но и там спасения не было, всё было предусмотрено заранее: туда сбрасывались воздушные мины и осколочные бомбы. Пожар был таким огромным, что он втянул в себя почти весь кислород - у людей лопались лёгкие изнутри, или они погибали от удушья. Те, кто пережил налёт бомбардировщиков, становились мишенью для американских лётчиков-истребителей, поливавших толпы людей свинцом из своих тяжёлых бортовых пулемётов. Как рассказывают очевидцы, с большим успехом.

Бомбёжка Дрездена была названа международной общественностью массовым убийством уже в феврале 1945 года, спустя несколько дней после произошедшего. Она была подвергнута критике также и в английских газетах. В начале марта 1945 года Черчилль настоятельно порекомендовал Харрису закончить "ковровые бомбардировки". "Мне кажется, - сказал он, - что нам нужно прекратить бомбёжки германских городов. В противном случае мы возьмём под контроль абсолютно разрушенную страну". Маршал был вынужден подчиниться. После войны маршала Харриса мало кто вспоминал даже из его боевых друзей, почестей он почти не получал, в народе его не уважали. Но он всю жизнь настойчиво продолжал оправдывать уничтожение Дрездена и тотальные бомбардировки других немецких городов. В отличие от многих ведущих военных из войск союзников, он до самой своей смерти не признавал за собой никакой вины. Харрис умер 5 апреля 1984 года в полном убеждении, что правильно исполнил свой долг перед отечеством.


Были ли бомбёжки военным преступлением?

Воздушная война, которую вёл маршал Харрис в годы войны в Германии, была войной на систематическое и планомерное уничтожение немецкого населения. Больше всего жестокость и бессмысленность этой войны проявилась в Дрездене. Но после Дрездена было ещё 40 тысяч жителей и беженцев, погибших при бомбёжке Свинемюнде. После Дрездена были ещё уничтожены Вюрцбург, Байройт, Зюст, Ульм и Ротенбург - города, сохранившиеся со времен позднего Средневековья. 23 февраля 1945 года был подвергнут жесточайшей бомбардировке Пфорцхайм, не имевший, как и Дрезден, никакого военного и стратегического значения. Он был уничтожен только потому, что к концу войны это был единственный немецкий город с числом жителей более 50 тысяч, не подвергнутый разрушению. Это был небольшой город, с 60 тысячами жителей. В результате бомбёжки погибла третья часть жителей Пфорцхайма - 15 тысяч человек. Он стоял последним в списке Харриса. И напротив названия этого города усердный Харрис с чувством выполненного долга поставил очередную галочку.

Массированные бомбардировки Германии в целом не являлись стратегическими, ибо были направлены не против стратегических целей, а против гражданских объектов и населения. Они были стратегическими лишь несколько раз. Военная индустрия Третьего рейха была парализована лишь в конце 1944 года, когда американцами были разбомблены 12 заводов, производивших синтетическое горючее, и выведена из строя дорожная сеть. К этому моменту почти все крупные немецкие города были бесцельно уничтожены. "Стратегические бомбардировки были направлены главным образом на уничтожение женщин, детей и стариков", - писал в своей книге генерал-майор Ганс Румпф. Что касается решения Черчилля о моральном терроре немецкого населения, то оно было поистине роковым: такие налёты не только не способствовали победе, а и отодвигали её.

Бомбовая война Англии против Германии - это гигантское военное преступление. Федеральное статистическое управление называет число погибших на территории Германии (в границах Третьего рейха на 1937 год) в результате бомбардировок - 593 тысячи человек. Это без Австрии, Данцига и Судетской области. Вместе с ними это число составило 653 тысячи человек. Эрих Керн в своей книге "Von Versailles nach Nurnberg", изданной в 1971 году, говорит об 1 миллионе погибших в бомбардировках жителей Германии. Новые подсчёты, в том числе и иностранных историков, говорят о 1,8 миллиона жертв. Вот что пишет Ральф Франклин Килинг в уже упоминавшейся книге: "Все немецкие города, начиная от 50 тысяч жителей и многие ещё более маленькие, были уничтожены на 50-80%". В телевизионном фильме "Feuersturm" говорится о 400 тысячах погибших в Германии от бомбёжек союзников. У немецких телевизионщиков и других журналистов эта тенденция налицо - они грудью стоят на защите "табуизированных" цифр одних жертв и в то же время постоянно стараются приуменьшить число жертв немецких.

Бомбёжки немецких городов англичанами и американцами были военным преступлением, достойным любого трибунала, в том числе и Нюрнбергского. Англичане сознательно выработали и разработали эффективную технологию этих массовых убийств. Их осуществление производилось систематически и планомерно, как на фабричном конвейере. Бомбардировки гражданского населения не были вызваны военной необходимостью - просто была поставлена цель уничтожить как можно больше немцев, неважно какого возраста или пола. Американцы в конце войны стали однозначно поддерживать эти массовые убийства гражданского населения Германии и сами в них участвовали. Поэтому они тоже несут за них ответственность. Это была война против ни в чём не виновных людей - в основном женщин, детей, стариков, раненых и больных.

Сегодня, после 11 сентября 2001 года, после бомбёжек в Югославии, этнических чисток и депортаций, концлагерей и массовых там изнасилований, немцы стали смелее вспоминать и печальные страницы из своей собственной истории шестидесятилетней давности. 60 лет им было запрещено об этом говорить под угрозой общественного порицания. Осуждаемые общественным мнением как "неисправимые", не принявшие благодать перевоспитания или как реваншисты, "вечно вчерашние", сегодня многие немцы более отчётливо и ясно видят собственную историю. В том числе и молодые немцы. Сегодня они открывают для себя ту простую истину, что и поколение их отцов и дедов часто было невинными жертвами войны и массовых преступлений со стороны других и что и немцы имеют право вспоминать и поминать своих погибших.

История бомбовой войны против германского населения учит, что страдания женщин и детей чаще всего не производят большого впечатления на элиту любого государства и не заставляют его уступить и капитулировать. Только когда элита сама начинает голодать и чувствовать себя беззащитной перед силой оружия, она сдаётся. Народы переживают все мучения, унижения и издевательства, они переживают диктаторов и демократоров, жестоких захватчиков и не менее жестоких "освободителей". Их тайна в их количестве и анонимности. Их стойкость также велика, как у травы, которая пробивается через асфальт. Несмотря на массовые убийства, кто-то из них всё равно остаётся в живых, будь то погромы, переселения и изгнания целых народов, бомбёжки и концлагеря, депортации Сталина и десятки миллионов уничтоженных в "классовой войне" против собственного народа, массовые уничтожения целых племён и народов Карлом Великим и Чингисханом, завоевательные походы гуннов и монголов, геноцид против армян и евреев и так далее. Тайна живучести народов в крепости их памяти. Можно запрещать помнить, умалчивать какие-нибудь страницы истории или извращать их - люди всё равно помнят и передают свои воспоминания дальше, своим детям и внукам.

Хорошо написал Клаус Райнер Рёль в своей книге: "Семьсот лет люди сохраняли воспоминания о разрушении великой Трои и изгнании её жителей греками, пока в 8 веке до н.э. Гомер не записал эти воспоминания. Так же и немцы, нравится это кому-либо или нет, сохранят в памяти войну, которую вели англичане и американцы, проводя ковровые бомбардировки немецких городов, сбрасывая на головы немецких женщин и детей осколочные и фосфорные бомбы, уничтожившие сотни тысяч жизней. Память об этом будет храниться, и в будущем очередной Гомер обязательно напишет об этом эпос".


Источник: "RD-Zeitung"


Домой Библиотека Связь

Количество посещений