Содержание Библиотека Связь


Лекции по холокосту

Лекция первая. Пища для размышления


1.1. Непреднамеренная ошибка?

Р: Дамы и господа, уважаемые гости! Перед тем как приступить к теме нашей лекции, я хотел бы показать вам статью из самого престижного немецкого еженедельника, "Франкфуртер альгемайне цайтунг", которая весьма наглядно иллюстрирует тему нашей дискуссии и связанные с ней вопросы. Статья называется "Следы преступления: обувь, обувь, даже детская обувь". Это отчёт одного журналиста о своём визите в концлагерь Штутхоф в нынешней Польше, что недалеко от Данцига (Гданьска), превращённый в музей[11]. В четвёртом предложении автор заявляет о том, что он не представляет себе, как может выглядеть лагерь уничтожения, и говорит об «оборудовании, при помощи которого "было убито 6 миллионов евреев и всего - 26 миллионов узников"». В конце статьи автор пишет, что он осознал, что столкнулся с "остатками самого бесчеловечного геноцида, самых современных машин уничтожения того времени, самого безжалостного преступления в истории человечества". Описав вещи подобным образом, одна из самых уважаемых газет в мире дала своё определение холокосту: истребление национал-социалистами 26 миллионов людей в ультрасовременных машинах уничтожения - самое безжалостное преступление за всю историю человечества.

Любой, кто имеет хоть какое-то представление о недавней истории, сразу же поймёт, что здесь явно что-то не то; это цифра в 26 миллионов человек, якобы уничтоженных национал-социалистами. Ни в одной книге по истории или официальном заявлении ни разу не упоминалась столь высокая цифра. Это просто наглое преувеличение. При более близком рассмотрении мы можем увидеть, что отрывок этот взят в кавычки; следовательно, он был приведён из источника, который автор, однако, не упоминает. Мы можем предположить, что это - заявление, сделанное польским гидом, или что оно было скопировано с мемориальной доски музея в Штутхофе, и автор статьи, легковерно использовав эту цифру, просто не знал никакой другой, и таким образом он совершил непреднамеренную ошибку. Однако для "Франкфуртер альгемайне цайтунг" это больше, чем просто свидетельство о неблагонадежности. Распространяя безо всяких оговорок подобную чушь, эта газета вступает в ряды пропагандистов, выдвигающих моральные обвинения в адрес немецкого народа, далеко выходящие за все разумные пределы. К сожалению, подобное некритичное отношение, похоже, уже стало нормой для немецких журналистов.

Критичный читатель отметит и другие постыдные промахи. К примеру, название статьи намекает на то, что существование обуви доказывает преступление. Однако груда обуви - при отсутствии доказательств в пользу противного - доказывает только то, что кто-то её туда положил. Как-никак, горы старой одежды и поношенной обуви из секонд-хэнда вовсе не означают, что их бывшие владельцы были убиты.

С: Господин Рудольф, это напомнило мне об одном инциденте, который приключился со мной во время визита в Освенцим; я запомнил его очень хорошо. Я шёл мимо музея, в котором можно увидеть одну из тех знаменитых гор обуви, в стеклянном ящике. Что меня поразило, так это то, что ящик с обувью был открыт и персонал музея весьма откровенно показывал его посетителям: под особым углом там располагалась обыкновенная доска, на которой был установлен один-единственный слой обуви. Было видно, что эта гора обуви - фальшивая.

Р: Хм, это интересно. А в какое время года вы посетили тот музей?

С: Зимой 1991-1992-го.

Р: Это всё объясняет. Зимой в Освенцимском музее весьма мало посетителей, и в это время они проводят ремонт и реставрацию. Наверное, тогда работники музея чувствовали себя в относительной безопасности. Могу я спросить вас, почему для визита в этот бывший концлагерь вы выбрали такое негостеприимное время года?

С: У нас в Верхней Силезии есть родственники, недалеко от Освенцима; в том году мы провели вместе с ними несколько дней на рождество и решили использовать эту возможность для визита в музей. Наши родственники отказались составить нам компанию. Когда по возвращению мы сообщили им об этом инциденте, один пожилой друг семьи, немец по национальности, рассказал нам, что после войны немцев из тех мест заставляли собирать обувь и относить её лагерным властям.

Рис. 1. Обувь убитых узников или склад обувной фабрики?

Р: Вы только посмотрите! Как вы видите, беседа подобного рода может поведать присутствующим весьма много нового. От себя я могу добавить, что горы обуви из немецких концлагерей могут иметь и другое, весьма безобидное происхождение. Вот один пример. "Освободив" Майданек, советские войска обнаружили там буквально горы обуви, которые немедленно были представлены в качестве доказательства массовых убийств заключённых, как это показано на рисунке 1[12]. Эта фотография использовалась бесчисленное множество раз, иногда с худшим качеством или заретушированная. Халатность некоторых авторов приводила к просто чудовищным ошибкам. К примеру, Раймунд Шнабель дал к ней следующее пояснение: "Обувь тысяч заключённых, убитых в Освенциме"[13].

Что вызвало гораздо меньший ажиотаж, так это поправка, внесённая польскими историками несколько десятилетий спустя. На поверку оказалось, что одна из компаний, нанимавшая заключённых из Майданека, открыла в лагере мастерскую по ремонту старой обуви. Горы обуви, найденные советами, были складами этой мастерской[14]. В связи с этим польский историк Чеслав Райца, работавший в музее в Майданеке, констатировал: "Было сделано предположение, что эта обувь происходит от убитых заключённых. Однако из обнаруженных впоследствии документов мы знаем, что в Майданеке был склад, принимавший обувь из других лагерей"[15].

С: Вы хотите сказать, что все предметы, которые демонстрируются посетителям в разных лагерях, происходят не от узников?

Р: Нет, я всего лишь хотел обратить внимание на то, что в накалённой атмосфере последних дней Второй мировой войны люди иногда делали выводы, впоследствии оказывавшиеся ошибочными. Вы также должны отдавать себе отчёт в том, что то, что вам говорят СМИ, учат книги, выставляют музеи, - это не обязательно правда и ничего, кроме правды. В этом нет ничего нового, но я хотел подчеркнуть, что это справедливо и для холокоста.

С первого взгляда коллекцию предметов следует принимать только за то, что она доказывает: кто-то её собрал. Такая коллекция говорит крайне мало о судьбе её бывших владельцев.

Но вернёмся к статье, которую я только что процитировал. Даже если мы отбросим все те некритичные детали, подрывающие репутацию "Франкфуртер альгемайне цайтунг", мы всё равно останемся с констатацией факта, неоспоримого и непреложного в традиционной историографии: холокост с его идеально настроенной машиной уничтожения был преступлением против человечества, единственным в своем роде. Однако здесь мы сталкиваемся с одной серьёзной проблемой, а именно с трудностями в разгребании груды романтических декораций и наслоений пропагандистских преувеличений, под которыми скрывается истина.


1.2. Что такое холокост?

Р: Давайте зададим себе очень простой и наивный вопрос, как будто бы мы прилетели с какой-то далёкой планеты. Спросим себя: что такое холокост? Каково его определение, каковы его характерные черты, что делает его уникальным? Кто-нибудь может дать краткий ответ?

С: Холокост - это убийство нацистами шести миллионов евреев.

Р: Отличное определение, хотя количество жертв само по себе ещё не делает холокост уникальным. Как-никак, на протяжении истории имели место и другие крупномасштабные массовые убийства - например, Голодомор в Украине в тридцатых годах или события в Китае во время культурной революции.

С: Уникальным холокост делает промышленный метод уничтожения.

С: ...и хладнокровная бюрократическая решительность.

Р: Отличные комплименты. Позвольте мне в общих чертах описать то, что в дальнейшем я буду именовать здесь холокостом, и то, чем он, по моему мнению, не является. Холокостом я назову преднамеренное убийство шести миллионов евреев, оказавшихся во власти немцев, осуществлённое систематично, почти тотально и в промышленном масштабе национал-социалистическим правительством Германии, в основном в газовых камерах, т.е. химических бойнях, с последующим уничтожением всех следов путём сжигания жертв. Таким образом, мы имеем три основных свойства:

1. Планирование полного и систематичного геноцида.

2. Промышленное осуществление плана в газовых камерах и крематориях.

3. Около шести миллионов жертв.

Естественно, холокост включает в себя и другие виды преследований, такие как лишение евреев гражданских прав и их депортация, параллельно с аналогичным лишением прав других категорий населения, в основном политических диссидентов, цыган, гомосексуалистов, свидетелей Иеговы. Однако эти виды преследований меньшинств в Третьем Рейхе не представляют собой что-то новое в истории человечества и не являются частью того, что я буду называть (уникальным) холокостом в строгом смысле этого слова. По этой причине, а также ради экономии времени и бумаги я не стану подробно касаться этих вещей. Однако это вовсе не означает, что я игнорирую или одобряю эти несправедливости. Напротив, эти преследования были несправедливыми, и я глубоко сочувствую всем жертвам.


1.3. Когда нам стало известно о холокосте?

Р: Разумеется, то определение холокоста, которое я здесь привёл, является всего лишь одним из многих. Каждый из нас, в принципе, может иметь разный взгляд на вещи, и из-за этого иногда бывает тяжело придти к общему знаменателю. Это особенно справедливо для следующего вопроса: когда мир впервые услышал о холокосте? Ответ зависит от определения сего понятия, и поэтому я здесь позволю себе расширить определение, к которому мы только что пришли, для того чтобы придать ему более широкие рамки.

Итак, я хотел бы задать следующий вопрос: когда мировая общественность впервые осознала, что примерно шести миллионам евреев в центральной и восточной Европе угрожает смерть или что они уже были убиты? Кто-то из вас может ответить на этот вопрос?

С: Я уверена, что мир ещё во время войны в какой-то степени знал, что творится на территориях, оккупированных Германией, однако подробности и размах преступлений ещё не были известны.

Р: А с каких пор мы стали говорить о цифре в шесть миллионов?

С: Мне кажется, что только во время Нюрнбергского процесса 1946-го на это по-настоящему был пролит свет.

Р: Это стандартный взгляд на вещи. И если вы считаете, что расследование того, что происходило на территориях, занятых Германией, стало возможно только после войны, то это выглядит как вполне разумное предположение. Но давайте рассмотрим этот вопрос более глубоко.

Анализ судопроизводства Нюрнбергского процесса говорит нам, что цифра в шесть миллионов жертв среди евреев[16] не основывалась ни на статистических данных переписей населения, ни на результатах расследования вещественных доказательств, имевших отношение к преступлениям. Она основывалась только на заявлениях с чужих слов, сделанных двумя немецкими чиновниками. Одно из этих заявлений, сделанное Вильгельмом Хёттлем[17], было предъявлено только в письменной форме; другое, принадлежащее Дитеру Вислицени[18], было сделано устно в суде. Однако Вислицени ни разу не был подвергнут перекрёстному допросу. Оба свидетеля утверждали, что о цифре в шесть миллионов они услышали от Адольфа Эйхмана, однако последний отрицал это во время своего процесса в Иерусалиме в 1961 году[19].

Поначалу и Хёттль, и Вислицени находились в крыле для подсудимых в Нюрнбергской тюрьме, из-за их участия в массовой депортации евреев в Освенцим. Однако после своих заявлений они были переведены в крыло для свидетелей - деталь, которая во многих случаях оказывалась спасительной. В то время как Вислицени и Эйхман были позже судимы и повешены, Хёттль так и не предстал перед судом в качестве обвиняемого, хотя он проявлял не меньшую активность в этих депортациях. Очевидно, что за его услуги, то есть за его уличающие показания ему была обещана снисходительность, и это обещание было в итоге выполнено - в отличие от случая с Вислицени. Впрочем, то, что Хёттль пишет в своей автобиографии[20], где он пытается оправдать свои тогдашние показания, расходится с его более ранними показаниями и выставляет его как весьма сомнительного свидетеля[21].

С: Иначе говоря, Хёттль и Вислицени пытались спасти собственную шкуру и угождали обвинителям?

Р: Это не так-то легко сказать. Ясно только одно: перед глазами многих арестантов - как из крыла обвиняемых, так и из крыла свидетелей - маячила петля виселицы. Поэтому не стоит удивляться, что кто-то пошёл на сделку ради того, чтобы спасти собственную жизнь.

С: А что, свидетелей, которые появлялись на Нюрнбергском процессе, также держали в тюрьме?

Р: Да, и союзники запросто могли оказывать на них давление, поскольку последние были членами организаций, считавшихся преступными, таких как немецкое правительство, немецкие военные формирования, СА, СС и т.д. Такие свидетели были "принудительными свидетелями", если хотите. Они не могли решать за себя, оставаться ли им в Нюрнберге и давать показания или нет.

С: Это не очень-то приглядная картина.

Р: Безусловно. Впоследствии мы поговорим об общих процедурах, применявшихся на этом и других процессах. Но давайте вернёмся к шести миллионам. В 1996 году вышла монография о Нюрнбергском процессе под авторством британского историка Дэвида Ирвинга (ныне находящегося в опале из-за своих неугодных взглядов[22]). В ней он задавался вопросом: как это сионистские лидеры могли в июне 1945-го, сразу же по окончании войны в Европе, да ещё и находясь в Вашингтоне, определить точное число жертв среди евреев (шесть миллионов, разумеется), учитывая тот факт, что в хаотичных условиях, царивших в Европе в то время, было просто невозможно провести какую бы то ни было перепись населения?[23]

С: Ну, еврейские организации могли поддерживать контакт с местными еврейскими общинами и на какой-то момент осознать, что их больше не существует.

Р: Возможно. Но позвольте, я продолжу. За год до Ирвинга немецкий историк Иоахим Хоффманн, десятилетиями работавший в Немецком федеральном отделе по изучению военной истории, обратил внимание на то, что Илья Эренбург, главный советский специалист по злодеяниям, опубликовал цифру в шесть миллионов в советском издательстве иностранной литературы[24] ещё в декабре 1944-го, за четыре с лишним месяца до конца войны. А в мае 1944-го сионистский активист, раввин Дов Вайссмандель, утверждал, что на тот момент было истреблено шесть миллионов европейских и российских евреев[25].

Вильгельм Хёттль, с другой стороны, нашёл статью в февральском номере газеты "Reader's Digest" за 1943 год, в которой говорится о уже совершённом убийстве по меньшей мере половины из шести миллионов евреев, находившихся под гитлеровской угрозой[26]. Пролистав подшивку "Нью-Йорк таймс" за тот период, мы можем убедиться, что это далеко не единичный случай[27]. Вот несколько цитат из этой газеты.

"Нью-Йорк таймс", 13.12.1942, стр. 21: "[...] Подтверждённые сообщения указывают на 2 миллиона евреев, убитых варварским, сатанинским способом, а также на планы полного уничтожения всех евреев, которых нацисты могут заполучить в свои руки. Массовое уничтожение трети еврейского населения из сферы гитлеровского господства [3(2 млн. = 6 млн.] и уничтожение, грозящее всем остальным, представляет собой беспрецедентный холокост".

"Нью-Йорк таймс", 20.12.1942, стр. 23: "То, что происходит с пятью миллионами евреев в занятой немцами Европе, всем из которых грозит уничтожение [...]. В начале декабря 1942 года Государственный департамент в Вашингтоне представил цифры, указывающие на то, что число евреев, депортированных и погибших с 1939 года в Европе, управляемой странами Оси, достигло ужасающей цифры в два миллиона и что ещё пяти миллионам грозило уничтожение".

"Нью-Йорк таймс", 2.03.1943, стр. 1, 4: "[Раввин Херц сказал] о спасении жизни шести миллионам еврейских собратьев [...] о спасении тех, кто ещё может избежать пыток и смерти от рук нацистов [...]".

"Нью-Йорк таймс", 10.03.1943, стр. 12: "[...] 2 миллиона евреев, убитых в Европе. [...] Оставшиеся четыре миллиона убивают в соответствии с планом". [2+4 = 6 млн.]

"Нью-Йорк таймс", 20.04.1943, стр. 11: "Четыре миллиона евреев было истреблено [...] ещё пять миллионов находится под непосредственной угрозой уничтожения [...]". [2+5 = 7 млн.]

С: Выходит, ещё давно было известно, что примерно шести миллионам евреев грозило уничтожение. Это не сильно удивляет, поскольку должно было быть известно, сколько евреев жило на территориях, впоследствии оккупированных немецкими войсками.

Р: Ценное замечание. Оно должно означать, что цифра в шесть миллионов не была получена в результате какого-либо конкретного определения числа жертв, а основывалась на том предположении, что всем евреям, которые должны были находиться в сфере влияния Рейха, грозило уничтожение.

Однако против этой теории имеется один существенный довод - выдержка из обращения Хаима Вейцмана, тогдашнего председателя сионистской всемирной организации, датированного 1936 годом, когда Гитлер получил власть только над евреями, проживавшими тогда в Германии, и когда ещё никто не мог предсказать грядущую войну и первоначальные победы Германии. В том году прошло заседание Комиссии Пила, на котором было выдвинуто предложено о разделе Палестины. В своём выступлении перед комиссией Вейцман заявил, что шесть миллионов евреев живут в Европе как в тюрьме и считаются нежелательным элементом[28]. Здесь мы опять имеем общее сложение всех европейских евреев, в том числе проживавших в СССР. В 1936 году можно было сказать, что только Германия и Польша проводят ярую антисемитскую политику, и эти две страны вместе взятые насчитывали примерно три с лишним миллиона евреев. Остальные два с лишним миллиона евреев вряд ли чувствовали себя как в тюрьме, воздвигнутой специально для них. Евреи из СССР, возможно, и не были свободны, но гонения на них были частью общей политики советского тоталитарного режима и уж никак не движением, направленным только против евреев и больше никого другого.

С: Но всё же СССР был тюрьмой, и в ней было заперто очень много народов.

Р: Я с вами согласен, но это ведь не аргумент для того, чтобы выделять евреям часть Палестины - а именно это, как-никак, было сутью заявлений Вейцмана перед Комиссией Пила? Если преследование евреев в Советском Союзе было достаточным основанием для предоставления им части Палестины (т.е. отнятия её у проживавших там арабов), то почему тогда и другие народы и категории населения СССР - христиане, мусульмане, украинцы, немцы, грузины, армяне, узбеки, таджики, монголы и т.д. и т.п. - не потребовали для себя части Палестины? Или других территорий арабского мира?

Суть вопроса состоит в том, что Вейцман использовал внушительную цифру в шесть миллионов угнетённых и страдающих евреев в попытке достичь политической цели, цели сионистов. Тогда ему это не удалось.

С: Вообще-то мы отошли от первоначального вопроса. В конце концов, Вейцман не говорил о холокосте или о грядущем или текущем истреблении. Об этом говорилось только в газетных сообщениях во время войны.

Р: Во время какой войны?

С: Прошу прощения? Во время Второй мировой, разумеется!

Р: Вот здесь-то вы сильно заблуждаетесь. На самом деле аналогичные сообщения ходили ещё во время Первой мировой войны и особенно сразу же после её завершения.

Многие из вас смотрят на меня с удивлением и недоверием. Что ж, позвольте мне тогда более подробно рассмотреть то, что творилось в то время. Я использую результаты исследования, проведённого американцем Доном Хеддесхаймером, написавшим книгу по этой теме[29]. Примерно с 1915 года различные американские газеты, в особенности "Нью-Йорк таймс", неоднократно сообщали о том, что евреи из центральной и восточной Европы терпят ужасные лишения из-за условий, вызванных войной.

В 1919-1927 годах еврейские организации проводили в США крупные кампании по сбору средств, во время которых утверждалось, что пять или шесть миллионов евреев в центральной и восточной Европе находятся на грани гибели. Я приведу несколько важных отрывков из газетных сообщений и благотворительных акций, начиная с более поздней из известных мне.

"Нью-Йорк таймс", 4.12.1926: "...пять миллионов голодающих [...] половина евреев всего мира, страдающая от голода и эпидемий [...]".

"Нью-Йорк таймс", 21.04.1926: "От евреев из Европы доносится крик [...] гибнет целый народ [...] миллионы евреев заперты в Европе [...]".

"Нью-Йорк таймс", 9.01.1922, стр. 19: "...невыразимые ужасы и бесчисленные преступления, совершённые против еврейского народа. Г-н Херц заявил, что был истреблён 1 миллион людей и что за три года 3 миллиона человек в Украине "прошли через все круги ада" [...]".

С: Это, случайно, не тот Херц, который в той же самой газете, в номере за 2 марта 1943-го, утверждал, что шесть миллионов представителей еврейского народа находятся на грани уничтожения от рук нацистов и что их нужно спасти?

Р: Да, он самый.

С: Сходство между этим двумя заявлениями просто поразительно!

Р: Сейчас я покажу вам ещё больше сходств. Но прежде позвольте мне привести несколько цитат из 20-х годов, а также из Первой мировой войны и первых послевоенных месяцев.

"Нью-Йорк таймс", 7.05.1920: "...еврейские военные страдальцы из центральной и восточной Европы, где шесть миллионов людей испытывают жуткий голод, болезни и смерть [...]".

"Нью-Йорк таймс", 5.05.1920, стр. 9: "Шесть миллионов мужчин и женщин из восточной Европы нужно спасти от уничтожения в результате голода и болезней".

"Нью-Йорк таймс", 5.05.1920, стр. 19: "Шесть миллионов голодающих, охваченных лихорадкой страдальцев в разодранной войной Европе взывают к нам [...]".

"Нью-Йорк таймс", 3.05.1920, стр. 11: "Нужна ваша помощь для спасения жизней шести миллионам людей в восточной и центральной Европе".

"Нью-Йорк таймс", 3.05.1920, стр. 12: "В России и соседних странах евреи были подвергнуты крайне злобному преследованию [...]. По оценкам, более пяти миллионов человек умирают от голода; среди них бушует страшная эпидемия тифа, которая уже распространилась среди соседнего населения".

"Нью-Йорк таймс", 2.05.1920, стр. 1: "Шесть миллионов человеческих душ - без еды, пристанища, одежды и медицинской помощи".

"Нью-Йорк таймс", 1.05.1920, стр. 8: "Но жизни шести миллионов людей ждут ответа".

"Нью-Йорк таймс", 21.04.1920, стр. 8: "В Европе на сей день имеется свыше пяти миллионов евреев, умирающих от голода, и многие из них поражены страшной эпидемией тифа".

"Нью-Йорк таймс", 3.12.1919, стр. 19: "...только чудо может спасти от смерти от голода и холода пять-десять миллионов людей в Европе и на Ближнем Востоке этой зимой [...] зверское избиение евреев".

"Нью-Йорк таймс", 3.12.1919, стр. 24: "[заголовок] В Польше голодают пять миллионов [...] Эта война сделала беспомощными и больными пять миллионов евреев из восточной Европы".

"Нью-Йорк таймс", 12.11.1919, стр. 7: "...страшная, невероятная нищета, голод и болезни [поразили] около шести миллионов душ, или половину еврейского населения Земли [...] миллион детей и [...] пять миллионов их родителей и стариков".

"Америкэн хибру", 31.10.1919, стр. 582 и сл.: "Из-за океана шесть миллионов мужчин и женщин просят нашей помощи [...] шесть миллионов человеческих душ. [...] Шесть миллионов мужчин и женщин гибнут [...] в грозном холокосте человеческих душ [...] шесть миллионов голодных мужчин и женщин. Шесть миллионов мужчин и женщин умирают [...]" (см. репродукцию статьи в приложении к первой главе).

С: Вот это да! Здесь есть всё - и шесть миллионов, и определение холокоста!

Р: Да, в этих источниках, пожалуй, содержатся самые поразительные параллели с более поздними сообщениями. Но давайте переместимся назад во времени ещё на немного.

"Нью-Йорк таймс", 26.10.1919, стр. 1: "Четыре миллиона голодающих евреев восточной Европы".

"Нью-Йорк таймс", 29.09.1919, стр. 7: "...страшная, невероятная нищета, голод и болезни [поразили] около шести миллионов душ, или половину еврейского населения Земли".

"Нью-Йорк таймс", 10.08.1917: "[заголовок] Из-за немцев гибнут евреи. Женщины и дети в Варшаве умирают от голода [...] Еврейские матери, сёстры милосердия, радуются, когда их дети умирают; так они хотя бы избавлены от мучений".

С: О, господи! Вот и немцы-злодеи!

Р: Да, но это скорее исключение из правил. На самом деле именно немецкие агентства помогали - во время и после войны - переправлять средства, собранные еврейскими организациями, в восточную Европу. Изображение немцев в качестве злодеев было частью военной пропаганды, и это прекратилось вскоре после войны. С этого момента акцент стал делаться на подлинных или выдуманных злодеяниях в странах восточной Европы. В этой связи у меня имеется статья за 23 мая 1919 г., напечатанная в "Нью-Йорк таймс" на стр. 12, в которой говорится о еврейских погромах, якобы имевших место в Польше. Интересно, что издатели газеты сами сомневаются в правдоподобности этого отчёта; вот что они пишут: "Было отмечено, что некоторые из этих сообщений могли быть выдуманы или преувеличены немецкими пропагандистами, для того чтобы дискредитировать Польшу в глазах союзников, в надежде, что таким образом Германия может выйти победителем. Германия могла помочь распространить эти истории, могла их выдумать, хотя это было бы крайне жестоко - обманным путём терзать сердца огромного количества людей, для того чтобы добиться такого итога [...]"[30].

Итак, согласно "Нью-Йорк таймс", ложные сообщения о еврейских страданиях жестоки. Запомним это.

С: Из всего этого напрашивается вопрос: насколько эти смерти и страдания еврейского населения в восточной Европе, о которых сообщал "Нью-Йорк таймс", отображали истинное положение дел?

Р: Дон Хеддесхаймер изучил этот вопрос в своей книге и пришёл к выводу, что евреи в целом были единственной категорией населения в восточной Европе, которая прошла через войну относительно невредимой. Думаю, это отвечает на ваш вопрос.

Но давайте продолжим наше путешествие по истории и заглянем ещё глубже.

"Нью-Йорк таймс", 22.05.1916, стр. 11: "...из общего количества евреев Польши, Литвы и Курляндии, равного приблизительно 2.450.000, остаётся 1.770.000, и из этого числа около 700.000 находится в крайней и постоянной нужде".

Ещё в 1916-м двадцати пяти тысячам важных лиц американской общественной жизни была разослана книга под названием "Евреи в восточном районе военных действий" ("The Jews in the Eastern War Zone"), описывавшая тяжёлое положение, в котором якобы находились европейские евреи[31]. В ней утверждалось, что Россия превратила свою территорию в некое подобие тюремной колонии, в которой шесть миллионов евреев были вынуждены вести нищенскую жизнь, в постоянном страхе быть убитыми, безо всяких прав или социального статуса: "...нечто вроде тюрьмы с шестью миллионами заключённых, которых сторожит армия продажных и жестоких тюремщиков"[32].

Книга "Евреи в восточном районе военных действий" одно время обильно цитировалась в СМИ, в том числе в "Нью-Йорк таймс".

Самое раннее найденное сообщение датировано первым годом войны.

"Нью-Йорк таймс", 14.01.1915, стр. 3: "Сегодня в мире имеется примерно тринадцать миллионов евреев, более шести миллионов из которых находится в самом сердце зоны военных действий; евреи, жизни которых стоят на кону и которые ныне подвергаются всем видам мук и страданий [...]".

Р: Но позвольте мне сделать ещё один шаг назад. В 1900 году раввин Стивен Вайс сделал следующее заявление перед еврейскими американскими благотворительными организациями: "Имеется 6 миллионов живых, кровоточащих, страдающих аргументов в пользу сионизма"[33]

С: Похоже, мы имеем дело с определённой константой еврейских страданий - цифрой в шесть миллионов.

Р: На это есть особая причина. Бенджамин Блеч говорит о древнем еврейском пророчестве, в котором евреям было обещано возвращение в землю обетованную после утраты шести миллионов их людей[34].

С: Отрывки, которые вы процитировали, указывают на то, что еврейские страдания были выгодны различным еврейским лидерам в качестве аргумента для осуществления их цели - возвращения в землю обетованную.

Р: Верно. Мы не должны забывать, что Палестина была обещана сионистам Англией в Белфурской декларации во время Первой мировой войны. Это, вне всякого сомнения, было главной причиной для холокостной пропаганды во время и после Первой мировой войны.

С: А почему "Нью-Йорк таймс" напечатала так много подобных сообщений, по сравнению с другими газетами?

Р: Ну, во-первых, я процитировал здесь "Нью-Йорк таймс" потому, что в то время - да и сейчас тоже - это была одна из самых читаемых, уважаемых и влиятельных газет. Я не говорю, что другие газеты не печатали схожих сообщений, но просто их архивы пока ещё не были изучены на предмет подобного рода, насколько мне известно. Во-вторых, нужно помнить, что на тот момент "Нью-Йорк таймс" уже находилась в руках евреев. В связи с этим хочется процитировать её бывшего главного редактора, Макса Франкеля:

"Используя эту атмосферу [антифашизма], так же как и вину язычников за холокост, американских евреев моего поколения побуждали к тому, чтобы они культурно выделялись, выставляли напоказ свою этническую принадлежность, находили литературное вдохновение в своих корнях и наслаждались возрождением Израиля. [...]

Вместо идолов и пассий я поклонялся словам и аргументам, став частью бессовестного еврейского словесного вторжения в американскую культуру. Было особенно приятно осуществлять самые безумные фантазии антисемитов: вдохновлённые нашим наследием в качестве хранителей книг, творцов закона и первых выдумщиков, американские евреи в итоге добились непропорционального влияния в университетах и во всех средствах коммуникации.

[...] В течение нескольких лет господства Пунча ["Пунч" Шульцбергег, владелец "Нью-Йорк таймс"] настало время, когда не только исполнительный редактор - А. М. Розенталь - и я, но и все основные редакторы, чьи имена приводились на первой странице газеты, были евреи. За рюмкой водки в комнате владельца газеты это порой упоминалось как бестактное условие, но оно осуществлялось постепенно, без каких-либо позитивных действий в интересах христиан. [...]

И я писал по секрету, что "Таймс" больше не страдает от тайного желания отрицать или преодолевать свои этнические корни"[35].

С: Мне кажется, этого вполне достаточно, чтобы объяснить такую однобокость.

Р: Я тоже так считаю. Таким образом, происхождение цифры в шесть миллионов - которой, тем временем, уважаемые историки придали статус "символичной цифры"[36], даже в том, что касается холокоста Второй мировой войны, - не основывается ни на каком конкретном знании потерь среди еврейского населения. Неудивительно поэтому, что знаменитые статистики во всём мире констатировали, что вопрос количества жертв долгое время совершенно не был решён[37]. Впрочем, ситуация, между тем, изменилась благодаря двум исследованиям по данному вопросу, о которых мы поговорим чуть позже.


1.4. Военная пропаганда: вчера и сегодня

Р: А сейчас я хотел бы поговорить о причинах, которые (согласно СМИ) вызвали еврейские страдания в 1915-1927 гг. и 1941-1945 гг. В то время как основные причины, приводимые в связи с первым (выдуманным) холокостом, были, как правило, страшная нищета, всеобщие притеснения и эпидемии, второй (якобы реальный) холокост сводился к массовому уничтожению в газовых камерах и крупномасштабным расстрелам.

Газовые камеры не входили в стандартную пропаганду во время и после Первой мировой войны, за исключением одного случая. 22 марта 1916 года лондонская "Дейли телеграф" напечатала следующее (стр. 7):


"Зверства в Сербии

700.000 жертв

От нашего собственного корреспондента

Рим, понедельник (18:45)

Правительства союзников завладели уликами и документами, которые вскоре будут опубликованы, доказывающими, что Австрия и Болгария повинны в чудовищных преступлениях в Сербии, где имели место массовые убийства, более страшные, чем совершённые турками в Армении.

[...] Австрийцы расстреливали женщин, детей и стариков в церквях, закалывали штыками и удушали при помощи газа. В одной церкви из Белграда подобным образом было удушено три тысячи женщин, детей и стариков. [...]"


Разумеется, сегодня ни один историк не станет утверждать, что во время Первой мировой войны австрийцы или их союзники совершали в Сербии массовые убийства при помощи отравляющего газа. Это было обычной чёрной пропагандой, выпущенной британским правительством и усердно распространяемой британскими СМИ.

А теперь сравните это со статьёй, появившейся в той же самой лондонской "Дейли телеграф" 25 июня 1942 года (стр. 5), то есть за пять дней до того, как принадлежавшая евреям "Нью-Йорк таймс" впервые сообщила о якобы имевших место массовых убийствах евреев в контролируемой немцами Европе.


"Немцы убили в Польше 700.000 евреев

Передвижные газовые камеры

Репортер "Дейли телеграф"

Немцы истребили свыше 700 тысяч польских евреев в самой крупной за всю историю резне. [...]"


Однако на этот раз мы все знаем, что эти заявления были правдой, так ведь? Правда также то, что в начале XXI века никто серьёзно не станет обвинять какое-либо государство в мире в том, что оно построило газовые камеры и запаслось Циклоном-Б, чтобы убить всех евреев. То есть евреи больше уже не испытают на себе холокост, уничтожение миллионов. Ведь это было нечто уникальное, характерное для немцев и нацистов, и подобное больше никогда не повторится, так ведь?

Если вы думаете, что никто не станет делать таких скандальных заявлений, то позвольте мне вас разочаровать. Вот всего лишь два примера с войны, имевшей место почти через 50 лет после начала второй холокостной пропаганды, в 1991 году. Речь идёт о первой войне США с Ираком, целью которой было изгнание иракских войск из Кувейта. 21 февраля 1991 года выходившая в Нью-Йорке газета "Джюиш пресс", называвшая себя в то время "крупнейшим независимым англо-еврейским еженедельником", на заглавном листе напечатала следующее:


"У иракцев есть газовые камеры для всех евреев"


Или возьмите объявление с первой обложки журнала "Response" (Т. 12, №1, весна 1991 г.) - периодического издания, издаваемого еврейским Центром Симона Визенталя в Лос-Анджелесе, с тиражом в 381.065 экземпляров.


"Немцы производят в Ираке Циклон-Б

(Иракская газовая камера немецкого производства)"


Затем, начиная со 2-й страницы, журнал пишет:


"Шокирующее открытие: немецкие фирмы производят в Ираке Циклон-Б

В полном соответствии с опытом своих нацистских предшественников немецкое деловое сообщество попыталось снять с себя вину за соучастие в нынешней катастрофе на Ближнем Востоке. "Мы не сознательно поставляли в Ирак оружие массового поражения - мы не нарушали никаких законов - мы всего лишь выполняли заказы..." [...]

Ещё более зловещим в этом сообщении является то, что Ирак выработал новый сильнодействующий газ, содержащий Циклон-Б. [...] этот газ, а также нервно-паралитический газ Табун был испытан на иранских военнопленных в газовых камерах, специально сконструированных для иракцев немецкой компаний [...] (см. на обложке фото прототипа газовой камеры). [Заголовок] Немецкие газовые камеры: кошмар возвращается".


Если не верите, взгляните на приложение к этой главе, где приводятся соответствующие документы.

С: Вот это да! Повсюду шесть миллионов и газовые камеры!

Р: Я надеюсь, что вы уже выработали чутьё к следам англосаксонской и сионистской военной пропаганды и пропаганды зверств - в 1900, 1916, 1920, 1926, 1936, 1942, 1991... годах. В 1991-м, как мы все знаем, эти вещи опять были не чем иным, как выдумками, так же как и более поздние заявления - перед второй войной США с Ираком 2003 года - о том, что Ирак обладает оружием массового поражения или что он вскоре его заполучит; правда на сей раз газовые камеры и Циклон-Б в качестве "оружия массового поражения" не упоминались. Но, как с гордостью заявила известная израильская газета "Хаарец", "Война в Ираке была задумана двадцатью пятью неоконсервативными интеллектуалами, большинство из которых были евреями, призывавшими президента Буша изменить ход истории"[38].

Р: Как-никак, все мы знаем, что евреи в Израиле заслуживают превентивной защиты от любого типа истребления путём оружия массового поражения, независимо от того, является ли эта угроза реальной или же только воображаемой...

С: Ваши слова звучат немного цинично. Разве вы не считаете, что евреи нуждаются в защите от истребления?

Р: Цинизм относится только к тем случаям, когда такая угроза является чистой выдумкой. В конце концов, любая этническая и религиозная группа имеет право на защиту от угрозы уничтожения, и евреи не являются исключением.

Что я хотел показать всеми этими газетными сообщениями, так это то, что не нужно принимать за чистую монету всё, что говорят средства массовой информации - даже если это "Нью-Йорк таймс", - в особенности во время войны. И, думаю, будет справедливо предположить - по крайней мере, в качестве рабочей гипотезы, - что не все заявления относительно событий 1941-1945 годов были полностью правдивыми. Разве не может так быть, что некоторые вещи были до определённой степени искажены, извращены, преувеличены или выдуманы?

С: Возможно...

Р: Чтобы показать вам, как создаётся военная пропаганда, в приложении к этой главе я привёл текст документального фильма, выпущенного в 1992 году немецкой общественной вещательной корпорацией ARD, в цикле "Монитор". В нём повествуется о том, как одна американская рекламная компания, которой заплатило правительство Кувейта, придумала так называемую инкубаторную историю. Для того чтобы заставить США и, в частности, ООН дать согласие на начало войны с Ираком, они провели тест на то, какая страшная история лучше всего сработает. Победило убийство невинных младенцев.

Основываясь на этом результате, была состряпана ложь о том, что иракские солдаты в Кувейте систематично вытаскивали младенцев из инкубаторов и убивали их. В качестве "свидетельницы" была специально подготовлена одна актриса, которая впоследствии предстала перед Комитетом Совета Безопасности по правам человека и, подобно древнегреческой Ниобее, окаменевшей от горя после убийства всех своих детей, поведала ложь о злодеяниях иракских солдат. Её показания стали ключевыми, после них ООН в конце концов дала своё согласие на американское вторжение.

Хорошо запомните эту историю - на тот случай, если мы впоследствии встретим схожие рассказы о жестоких убийствах детей.

Имея перед собой такие факты, на ум приходит старое правило, согласно которому первой жертвой во время любой войны всегда является истина. Просто поразительно, что столько людей забывают об этом прискорбном обстоятельстве, сталкиваясь с самой страшной из всех войн - Второй мировой. Уже из одного того, что это была самая жестокая война за всю историю человечества, очевидно, что в этом случае истина была поругана и извращена намного сильнее, чем в любом другом конфликте. И здесь я говорю не только о холокосте, который был всего лишь одним из многих происшествий той войны. Я говорю обо всей войне в целом. Однако в этих лекциях я ограничусь только холокостом.


1.5. Имеет ли значение число жертв?

С: Вы только что пояснили, что цифра в шесть миллионов не основывается на данных переписей, а имеет мистическую и символическую основу. Но ведь все признанные авторитеты в этой области согласны с тем, что в холокосте погибло шесть миллионов людей. Неужели вы хотите сказать, что они все ошибаются?

Р: Вообще-то я как раз собирался обсудить вопрос о подлинном количестве жертв.

С: Но разве это так важно? Даже если вдруг окажется, что был убит всего лишь один миллион или даже десять тысяч евреев, то это всё равно останется ужасным преступлением, разве не так?

Р: Я зайду ещё дальше. Даже те меры преследования в Третьем Рейхе, которые ни у кого не отняли жизни, были полностью неприемлемы с юридической и моральной точек зрения. Однако подобные точки зрения полностью неуместны, когда речь заходит об анализе статистических данных или о том, имело ли место уничтожение евреев, а если да, то как оно осуществлялось. Для этого имеются три причины.

Во-первых, аргумент этот неудовлетворителен хотя бы потому, что десятилетиями число жертв рассматривалось как священное число. Если бы число жертв не имело значения, то тогда бы не было причин для наложения запрета на это число и, более того, охраны его уголовным кодексом, что имеет место в ряде европейских стран. По всей видимости, за цифрой в шесть миллионов стоит нечто гораздо большее, чем обычное сложение личных судеб причастных к этому людей. Она стала символом, от которого нельзя отказываться, поскольку любые оправданные сомнения насчёт числа жертв немедленно приведут к другим, ещё более нежелательным вопросам по другим аспектам холокоста. Просто поразительно, что, с одной стороны, любой, кто сомневается в цифре в шесть миллионов жертв, становится общественным изгоем или даже подвергается юридическому преследованию, и в то же время, когда против этой цифры приводятся веские аргументы, общество и даже судьи идут на попятную, заявляя, что точные цифры не так уж и важны, поскольку смерть даже одного человека уже является преступлением. Нужно определиться, является ли цифра в шесть миллионов уголовным мерилом или она не имеет значения? Одно из двух.

Во-вторых, в то время как с моральной точки зрения будет совершенно правильно отметить, что даже одна жертва - это уже много, этот аргумент никоим образом нельзя использовать для запрета научного исследования данного преступления. Будет очень некрасиво лишать отдельную жертву трагического характера её личной судьбы, но также будет неправильно запрещать науке исследовать количественную сторону вопроса, поскольку сама суть науки состоит в поиске точных ответов. Представьте себе, что физикам юридически запретят подсчитывать мощность охлаждающей системы ядерного реактора - на том основании, что не существует абсолютной защиты от аварий и что, следовательно, такой подсчёт всё равно не поможет. Если бы физики на самом деле работали при таких условиях, то рано или поздно они пришли бы к ошибочным результатам, которые повлекли бы за собой гигантскую катастрофу.

Если историков подвергают остракизму и даже преследуют из-за того, что полученные ими результаты или выдвинутые ими вопросы считаются аморальными, то, рассуждая логически, результаты столь извращённого написания истории будут крайне ненадёжными. А поскольку наш взгляд на историю непосредственно влияет на политику тех, кто нами управляет, искаженная историческая перспектива приведёт к искажённой политике. Первоосновной задачей и главной обязанностью любой науки является получение надёжных данных и результатов. Принципы, установленные для областей науки и технологий, не могут быть отброшены в сторону, когда речь заходит о науке под названием история, - если, конечно, мы не хотим интеллектуально вернуться в мрачную эпоху средневековья.

И наконец, в-третьих, морально оправданный аргумент о том, что даже одна жертва - это уже много, нельзя использовать для наложения запрета на исследование преступления, в особенности если это преступление считается уникальным по своему умопомрачению. Якобы уникальное преступление должно, по сути дела, быть открыто для подробного анализа того, что случилось на самом деле, - точно так же, как это применяется для любого другого преступления. Я зайду ещё дальше и скажу, что любой, кто заявляет об уникальности какого-то преступления, должен также принять уникальный по своей глубине анализ этого преступления, прежде чем признавать его уникальность. Однако если кто-то окружает это, якобы уникальное, преступление защитным экраном из морального возмущения, то он тем самым сам совершает уникальное преступление, а именно отказ в любой защите от столь чудовищных обвинений.

С: Это звучит так, словно на многих процессах по холокосту, имевших место после войны в Германии и других странах, обвиняемые были не в состоянии организовать надлежащую защиту. Разве приговоры, выносимые на этих процессах, не отражали то обстоятельство, что обвиняемые не пользовались всеми законными средствами защиты, доступными в нормальном суде?

Р: Мы поговорим об этом подробно чуть позже. Вообще-то я здесь говорил не о законных сторонах этих процессов. Я говорил о праве - в области истории - на приведение новых доказательств, независимо от того, помогают они той или иной стороне или нет. Никто не должен отвергаться и преследоваться из-за новых доказательств или трактовок. Это только приведёт к лишению научной свободы, основывающейся на праве человека на сомнение и свободный поиск ответов.


1.6. Действительно ли не хватает шести миллионов?

С: Давайте поговорим о конкретных фактах. Сколько евреев, на ваш взгляд, погибло во время холокоста?

Р: Сам я не изучал первоисточники, поэтому мне приходится полагаться на работы других. Если вы посмотрите на доступную литературу на тему человеческих потерь среди евреев во время Второй мировой войны, то вы увидите, что по данному вопросу имеются всего лишь две обширные монографии.

С: Но ведь в любой крупной книге по холокосту имеется число жертв.

Р: Да, но в этих трудах число жертв не доказывается, а просто утверждается. Возьмите, к примеру, цифры из книги "Уничтожение европейских евреев" официального эксперта по холокосту Рауля Хильберга и сравните их с цифрами Люси Давидович, ещё одного официального эксперта, опубликованными ею в своей книге "Война против евреев". И тот, и другой заявляют, что в холокосте погибло от пяти до шести миллионов евреев. Однако если вы сравните то, каким образом они распределили этих жертв по различным местам предполагаемого уничтожения, то вы обнаружите, что их цифры полностью расходятся (см. таблицу 1). Такого рода таблицу можно составить для многих официальных историков холокоста, и цифры расходились бы столь же разительно. Как же это так получается, что все эти авторы получают практически одинаковую сумму, при том, что они расходятся во всём остальном, и никто из них не доказывает свои утверждения при помощи неоспоримых источников?

Таблица 1. Распределение утверждаемых жертв холокоста согласно месту убийства
Место Хильберг[39] Давидович[40]
Освенцим
Треблинка
Бельжец
Собибор
Хельмно
Майданек
1.000.000
750.000
550.000
200.000
150.000
50.000
2.000.000
800.000
600.000
250.000
340.000
1.380.000
Сумма для лагерей 2.700.000 5.370.000
Другие места 2.400.000 563.000
Общая сумма 5.100.000 5.933.000

А сейчас давайте вернёмся к двум единственным книгам, посвящённым исключительно статистическому анализу потерь среди еврейского населения в Европе во время Второй мировой войны.

Это ревизионистская работа "Исчезновение восточноевропейского еврейства"[41], написанная в 1983 году Вальтером Н. Заннингом (он же - Вильгельм Нидеррайтер), и антология "Размеры геноцида"[42], выпущенная в 1991 году политическим учёным Вольфгангом Бенцом. В то время как Заннинг определяет число необъяснимых потерь европейского еврейства примерно в 300 тысяч, Бенц, в соответствии с традиционной доктриной, приходит к цифре примерно в 6 миллионов.

С: Ничего себе... Разница просто поразительная! И какую же из этих двух работ вы порекомендуете?

Р: Книга Бенца считается сегодня стандартным трудом и основывается на гораздо большем количестве источников, нежели книга Заннинга.

С: Значит, всё-таки погибло шесть миллионов евреев!

Р: Не торопитесь. Давайте разберём всё по порядку. Несмотря на то, что книга Бенца - явная реакция на ревизионистскую работу, в ней нет непосредственного и трезвого анализа аргументов Заннинга. Сам Заннинг упоминается лишь в одной сноске, да и то только для того, чтобы быть опороченным[43].

С: Это не очень-то научный подход...

Р: Да, особенно учитывая то, что Бенц написал свою книгу специально для того, чтобы опровергнуть ревизионистские тезисы. Но если вы при этом не приводите данных тезисов и упоминаете о них только для того, чтобы грубо их пресечь и оскорбить оппонента, то это крайне ненаучный подход. Из-за отсутствия обсуждения ревизионистских аргументов мы можем лишь взять и сопоставить эти работы и сравнить статистические данные, представленные авторами. Именно так я и сделал[44].

Позвольте мне подытожить наиболее важные результаты. Прежде всего, выясняется, что эти два автора определяют жертв холокоста совершенно по-разному. В то время как Заннинг учитывает только тех жертв, которые погибли непосредственно в результате национал-социалистической политики притеснения, Бенц относит к холокосту все потери среди еврейского населения в Европе, в том числе лиц, погибших в боевых действиях на стороне Красной Армии, жертв советских депортаций и принудительных трудовых лагерей; он также учитывает превышение смертности над рождаемостью, переходы в другую веру и т.д.

Более важным, однако, является то, что Бенц полностью игнорирует миграции, имевшие место во время и после Второй мировой войны. Именно здесь таится главная проблема любого статистического изучения данного предмета. Бенц совершенно не учитывает эмиграцию евреев из Европы в Израиль и США, названную вторым исходом. Она началась ещё до Второй мировой войны, была в значительной степени прервана в 1941-м и достигла своего пика в 1945-1947 годы. Бенц также крайне бегло рассматривает миграции евреев внутри восточной Европы - например, польских евреев, сумевших сбежать перед приходом немецких войск (Заннинг убедительно доказывает, что их число равняется примерно одному миллиону), или долю евреев среди других категорий, депортированных советским режимом в Сибирь в 1941-1942 годах.

С: Вы хотите сказать, что Сталин депортировал евреев в Сибирь?

Р: Конечно. Заннинг приводит цифры, объявленные тогдашними еврейскими благотворительными организациями, которые говорят о том, что после начала войны с Германией на восток было перемещено примерно от полумиллиона до миллиона евреев. Сталин развернул массовую борьбу против евреев во время Великой чистки 1937-1938 годов. Позвольте мне привести вам один пример в виде сравнения национальной принадлежности лиц из высших эшелонов советского карательного аппарата НКВД, основанного на внутренних данных самого НКВД. Ради экономии места я приведу только русских и евреев[45].

Таблица 2. Доля евреев в высших эшелонах НКВД
  10.07.34 1.10.36 1.03.37 1.09.38 1.07.39 1.01.40 26.02.41
Русские 31,25% 30,00% 31,53% 56,67% 56,67% 64,53% 64,84%
Евреи 38,54% 39,09% 37,84% 21,33% 3,92% 3,49% 5,49%

С: Но ведь евреи - это религиозная группа, а не этническая!

Р: По этому вопросу сами евреи спорят вот уже тысячи лет, и мы не можем разрешить его здесь. Факт тот, что НКВД перечислил евреев как этническую группу - наверно, потому, что евреи сами на этом настаивали.

С: Значит, около 40% руководящих постов в советской карательной структуре первоначально были заняты евреями. А какую долю составляли евреи среди общего населения Советского Союза?

Р: До войны из общего населения в 200 миллионов человек евреи составляли примерно 4 миллиона, то есть 2%.

С: Скажите, а чрезмерное присутствие евреев в карательной структуре объясняет миф о "еврейском большевизме"?

Р: Даже очень[46], разве что только на момент начала войны этой аномалии уже больше не существовало. Но вернёмся к Бенцу и Заннингу. Что касается вопроса о еврейских миграциях в Польше и СССР вследствие бегства или депортаций на восток после начала германо-польской, а затем германо-советской войны, то Заннинг представляет здесь весьма богатый материал. А поскольку Бенц об этом совершенно не говорит, то создаётся такое впечатление, что ему было нечего возразить Заннингу, и он предпочёл вообще не касаться этой темы.

В целом, метод установления числа жертв, который использовал Бенц, в общих чертах можно описать следующим образом: он подсчитал разницу между числом евреев, упоминаемых в последней довоенной переписи населения для всех вовлечённых стран и в первой послевоенной переписи, которая, однако, была проведена лишь через несколько лет после завершения боевых действий. Бенц не учитывает ни то, что к тому времени миллионы евреев эмигрировали в США, Израиль и другие страны, ни то, что данные послевоенной переписи для СССР крайне ненадёжны, когда речь в них заходит о религиозной принадлежности - будь то христианство или иудаизм, - вследствие скрытой опасности гонений. То, что в 1959-м и 1970-м всего лишь два миллиона человек в Советском Союзе назвались евреями, вовсе не означает, что только два миллиона евреев пережили войну. Это говорит всего лишь о том, что два миллиона человек имели смелость заявить о своей еврейской вере в крайне антирелигиозном и антисионистском государстве.

С: А Бенц, значит, принимает эту советскую статистику за чистую монету?

Р: Да, безо всяких "но". Вообще, если вы более внимательно посмотрите на его стиль, вы обнаружите, что в глазах Бенца Сталин проводил иностранную политику умиротворения и был вероломно атакован Гитлером. Подобная теория о вероломном и неспровоцированном нападении Германии на миролюбивый Советский Союз словно взята прямо из советского учебника истории. Бенц, однако, "забывает" о том, что на тот момент СССР уже поглотил почти половину Польши, развязал агрессивную войну против Финляндии, захватил Бессарабию и Северную Буковину и оккупировал Эстонию, Латвию и Литву.

С: Иначе говоря, Бенц занимает на удивление некритичную позицию по отношению к советским источникам?

Р: Похоже на то. Это может помочь объяснить странное отношение, демонстрируемое Бенцом и его соавторами. Я покажу это на двух примерах - Франции и Польши.

Существует общий консенсус насчёт того, что в первой половине 1942 года из Франции было депортировано примерно 75.000 евреев, большинство из них - прямо в Освенцим. В стандартном труде о судьбе этих людей говорится, что после войны только 2.500 из них были официально зарегистрированы во Франции как вернувшиеся назад, что должно означать, что около 97% депортированных лиц погибло[47]. Эта цифра, в общем и целом, была принята Бенцом[48].

С: Означает ли это, что только те евреи, депортированные из Франции, считались выжившими, которые после войны зарегистрировались во Франции как оставшиеся в живых?

Р: Да.

С: Но как же те евреи, которые поселились в других странах?

Р: Вы задели больное место. Шведский специалист по переписи населения Карл О. Нордлинг показал в одном исследовании[49], что большинство евреев, депортированных из Франции (52.000), на самом деле не были французами, а являлись гражданами других стран, эмигрировавших во Францию из Германии, Австрии, Чехословакии, Польши и даже из стран Бенилюкса [Бельгии, Нидерландов и Люксембурга]; большинство остальных евреев были натурализованы сравнительно недавно, а это означает, что большинство из них также были беженцами.

Пронемецкое правительство вишистской Франции согласилось депортировать из Франции всех лиц, не имевших французского гражданства или получивших его сравнительно недавно. Бóльшая часть французских евреев так никогда и не была депортирована. А теперь вопрос на миллион рублей: сколько из этих нефранцузских евреев стало бы возвращаться во Францию после войны и официально регистрироваться в качестве уцелевших евреев - после того, как несколькими годами ранее они были депортированы в Освенцим с согласия и одобрения французской администрации?

С: Я подозреваю, что Палестина и США были более заманчивыми местечками.

Р: Вне всякого сомнения. Во всяком случае, Франция не была домом для большинства евреев, депортированных из Франции, так что с какой стати им нужно было туда возвращаться? Таким образом, метод Бенца по определению количества французских жертв весьма произволен.

С: Вы хотите сказать, что большинство этих евреев осталось в живых?

Р: Не совсем. Судьбу евреев, депортированных из Франции, можно довольно хорошо проследить по освенцимским книгам смертности (Sterbebücher). Это документы лагерного начальства, в которые вносились все зарегистрированные узники, умершие в лагере[50]. Несмотря на то, что они сохранились не в полном объёме - списки обрываются в конце 1943 года, - эти книги позволяют получить представление о судьбе многих евреев. Из них видно, что весьма большое количество евреев умерло во время эпидемии сыпного тифа, бушевавшей в лагере летом 1942-го. Большинство евреев, депортированных после того момента, уже не регистрировалось в лагере - скорее всего потому, что из-за катастрофических санитарных условий лагерь был не в состоянии принимать новые партии заключённых, так что евреев, доставляемых в Освенцим, тут же переправляли дальше на восток[51].

С: И сколько же всего умерших перечислено в этих книгах смертности?

Р: Примерно 69 тысяч. Но следует помнить, что здесь не учтены первые месяцы работы лагеря, 1944 год и январь 1945-го.

С: Путём экстраполяции это даёт возможную цифру в 120 тысяч жертв - капля в море по сравнению с миллионами еврейских жертв Освенцима, о которых мы слышали десятки лет.

Р: Вообще-то здесь нужно быть весьма осторожным. Книги смертности фиксировали смерть только зарегистрированных узников. Те новоприбывшие, которых якобы вели прямо в газовые камеры, будто бы совсем не регистрировались, и поэтому в этих документах они отсутствуют. Об этом моменте я поговорю чуть позже.

А сейчас я затрону ещё один пример некомпетентности Бенца - Польшу. Не считая СССР, Польша в то время была страной с самым большим еврейским населением в Европе. Перепись населения за 1931 год говорит примерно о 3,1 миллиона польских евреев. Для того чтобы получить своё число жертв, Бенц делает три вещи. Сначала он увеличивает первоначальное число, предположив, что рост еврейского населения до 1939 года был точно такой же, как и для всего польского населения; таким образом, он приходит к 3,45 миллиона евреев на момент начала войны с Германией. Затем он предполагает, что все евреи, проживавшие на территориях, впоследствии занятых Германией, так и остались там, что даёт ему общее число в два миллиона польских евреев под немецкой оккупацией[52]. И наконец, при подсчёте числа погибших он выводит из той цифры число евреев, будто бы по-прежнему находившихся в Польше в 1945 году, то есть примерно 200 тысяч[53]. А теперь я хочу вас спросить: что неправильно в такого рода рассуждениях?

С: Откуда Бенцу было знать, сколько евреев назвалось евреями в послевоенной Польше - стране, которая и тогда была крайне антисемитской?

Р: Совершенно верно. Подлинная цифра могла быть гораздо выше. К примеру, в феврале 1946 года англо-американский комитет по расследованию еврейской проблемы в Европе заявил на пресс-конференции, согласно агентству Юнайтед пресс, что в послевоенной Польше все ещё имелось 800 тысяч евреев, все из которых желали эмигрировать[54]. Какие ещё будут идеи?

С: Бенц не упоминает ту возможность, что перед самым приходом немецких войск польские евреи могли сбежать на восток.

Р: Верно. Что-нибудь ещё?

С: После 1945-го Польша была перемещена на запад на пару сот километров. В то время во всей Европе царил полный хаос. Как при этом кто-то может утверждать, что он знает, сколько евреев проживало в Польше на тот момент? И можно ли вообще определить Польшу 1945 года?

Р: Очень хороший аргумент. Ещё есть какие-нибудь предложения? Нет? Тогда позвольте мне начать с переписи 1931-го. Сделанная Бенцом экстраполяция еврейского населения путём приписывания ему фактора роста, аналогичного для других народностей, неверна. В годы между двумя мировыми войнами Польша была государством, подвергавшим свои нацменьшинства чудовищному давлению: жёсткой ассимиляции, эмиграции; временами даже случались погромы. Это относится к этническим немцам, белорусам, украинцам, а также евреям. Стоит вспомнить, что до так называемой "Хрустальной ночи", имевшей место в Германии в конце 1938 года, Польша считалась более антисемитской страной, чем гитлеровская Германия. Немецкий послевоенный историк Герман Грамль показал, что после 1933-го из Польши каждый год эмигрировало около 100 тысяч евреев[55]. Причём это, в основном, была молодёжь, способная производить потомство. Таким образом, в 1939 году общее число польских евреев было гораздо меньше трёх миллионов - вероятно, ближе к двум миллионам.

Вдобавок мы имеем бегство населения - особенно евреев - перед приходом немецкой армии, после начала войны. В то время как Бенц предполагает, что бегством спаслось около 300.000 евреев, Заннинг показывает, что тогдашние еврейские благотворительные организации упоминали о 600.000 - 1.000.000 польских евреев, эмигрировавших в СССР и депортированных в Сибирь. В конечном счёте, Заннинг делает вывод, что в 1939 году в немецкой части Польши оказалось всего лишь около 750.000 евреев[56], примерно на 1.250.000 меньше, чем у Бенца. Теперь вы видите, как легко завысить цифры?

Я не стану более подробно вдаваться в этот аспект. Я всего лишь хотел показать методическую слабость работы Бенца.

С: Но мы так и не знаем, сколько евреев, на ваш взгляд, погибло в холокосте. Мне кажется, вы больше склонны верить Заннингу, чем Бенцу.

Р: Я считаю, что книгу Заннинга нужно доработать, поскольку в ней мало используются первоисточники и поскольку с момента её написания прошло уже более двадцати лет. На мой взгляд, общий подход в ней верен, хотя вопрос о точном числе жертв я бы всё-таки оставил открытым. Всё, что нам нужно, - это дальнейшее исследование темы критично настроенными учёными, которые бы не боялись публиковать непопулярные результаты.

С: Но разве у нас нет списков с именами шести миллионов жертв холокоста?

Р: Израильский центр по исследованию холокоста Яд Вашем составил такой список. На сегодняшний день он содержит около трёх миллионов имён, один миллион из которых происходит из опубликованных источников, а остальная, бóльшая часть - из письменных сообщений, составленных родственниками, друзьями и земляками[57].

Рекламный буклет центра Яд Вашем в связи с этим утверждает следующее: "Это гонка на время. Ведите поиски сегодня же, вносите незарегистрированные имена и фотографии. Нужно быть уверенным, что каждая жертва Холокоста имеет своё место в нашей коллективной памяти. [...] Собирайте информацию, говорите с вашими семьями. Поскольку вы можете не знать о родственниках, которые могли погибнуть в Холокосте, мы рекомендуем вам, прежде всего, связаться с вашей семьёй - родителями, дедушками и бабушками, дядями и тётями, - чтобы собрать как можно больше информации о тех, кто мог [!] быть убит. [...] Если члены вашей семьи были убиты в Холокосте, [...] то вы можете либо внести их имена и данные посредством нашего сайта, либо заполнить прилагающуюся анкету"[58].

С: Другими словами, кто угодно может регистрировать жертвы через Яд Вашем.

Р: Совершенно верно. К примеру, Яд Вашем упоминает о случае, когда один местный житель попросту сообщил обо всех евреях, проживавших в его районе до войны, как о погибших - по той простой причине, что "после войны он осознал, что никто из евреев не вернулся в его район..."[59]

С: Скажите, а кто-то проверяет, что вся эта информация верна? Как-никак, может оказаться так, что эти без вести пропавшие живут теперь где-нибудь в США, Израиле или каких-то других странах.

Р: Насколько мне известно, никто ничего не проверяет. Вы можете просто заказать анкеты у Яд Вашема, заполнить их и отослать обратно. Вот адрес:

Hall of Names, Yad Vashem, P.O.B 3477, 91034 Jerusalem, Israel;

тел.: 00972-02-6443582; E-mail: names.research@yadvashem.org.il.

С: Да я так могу взять и послать им данные на мою собаку!

Р: Ну, не прямо так... Я не думаю, что имеет место нечто подобное, но похоже на то, что не существует способа избежать ошибок, повторов и сообщений о выживших. В любом случае, этот Зал имён - весьма несущественный источник с научной точки зрения.

С: И какие же критерии нужно установить Яд Вашему, чтобы получить ваше одобрение?

Р: Яд Вашему нужно требовать документы, доказывающие, во-первых, присутствие соответствующих лиц в рассматриваемом месте и, во-вторых, что эти лица действительно погибли в результате событий холокоста.

С: А вам не кажется, что вы требуете слишком многого? Ведь не нужно забывать, что большинство этих жертв умерло неизвестной смертью, без какой-либо регистрации и свидетельства о смерти, а затем было сожжено или закопано в землю.

Р: Это общепринятая точка зрения, и, в принципе, вы правы, когда говорите о такой дилемме. Но, с другой стороны, просто брать и принимать заявления тех, кто может действовать недобросовестно или просто ничего не знать о судьбе данных людей, - это, мягко говоря, ненаучно.

Совершенно иначе поступает Поисковый центр Международного общества Красного Креста в Арользене, Германия. Смерти в немецких лагерях регистрируются только тогда, когда они могут быть подтверждены неоспоримыми документами.

Таблица 3. Официально подтверждённые смерти в немецких концлагерях[60]
Берген-Бельзен
Бухенвальд
Гросс Розен
Дахау
Заксенхаузен
Майданек
Маутхаузен
Миттельбау
Нацвайлер
Нойенгамме
Освенцим
Равенсбрюк
Терезиенштадт
Флоссенбюрг
Штутхоф
Остальные
6.853
20.687
10.951
18.456
5.014
8.831
78.859
7.468
4.431
5.785
60.056
3.639
29.375
18.334
12.634
4.704
Итого 296.077

С: И к какому же числу жертв пришёл Красный Крест?

Р: До 1993 года Арользен отсылал списки с зарегистрированными смертями в немецких лагерях в ответ на запросы. Но после того, как его подвергли за это яростной критике, он прекратил сию практику.

С: А за что его раскритиковали?

Р: Давайте взглянем на цифры, приведённые в таблице 3. В сумме они дают почти 300 тысяч смертей среди заключённых любых религиозных конфессий.

С: Всего лишь 60 тысяч жертв для Освенцима? И всего лишь 300 тысяч вместе? Если эти цифры недалеки от истины, то это просто сенсация!

Р: В Германии заявление подобного рода назвали бы скандальным и даже преступным, а не сенсационным. Красный крест раскритиковали именно поэтому. Но прежде чем спешить с выводами, давайте взглянем на таблицу 4, в которой приводятся цифры для ряда немецких лагерей, происходящие косвенно или непосредственно из оригинальных лагерных документов, составленных во время войны.

Как можно видеть из неё, цифры Арользена составляют лишь 55% от данных, происходящих из документов лагерной администрации. Это означает, что общая сумма для всех лагерей, приводимых Арользеном, может вполне быть порядка полумиллиона.

Таблица 4. Документированное число жертв различных лагерей Третьего Рейха
Данные из сохранившихся лагерных документов[61] Арользен,
1993
Бухенвальд
Дахау
Заксенхаузен
Майданек
Маутхаузен
Освенцим
Штутхоф
33.462
27.839
20.575
42.200
86.195
135.500
26.100
20.687
18.456
5.014
8.831
78.859
60.056
12.634
Итого 371.871 204.537

Следует, однако, помнить о том, что список Арользена не охватывает все лагеря. Лагеря, описываемые как чисто истребительные - такие как Хельмно (Кульмхоф), Бельжец, Собибор и Треблинка, - в которых убийства якобы совершались безо всякой регистрации и для которых, разумеется, не сохранилось никаких документов, не были учтены. Это справедливо и для различных гетто. Кроме того, в Освенциме якобы совершались массовые убийства нерегистрируемых евреев, данные о которых также отсутствуют. Нам также неизвестна доля евреев среди общего числа, хотя сомнительно, чтобы они представляли наибольшую группу жертв.


1.7. Лица, пережившие холокост

С: А почему вы думаете, что имена, собранные Яд Вашемом, мало что общего имеют с реальными жертвами?

Р: Я отвечу на этот вопрос с двух точек зрения: микроскопической и макроскопической.

Начнём с микроскопической точки зрения - то есть с точки зрения непосредственно затронутых лиц. Представим, что вас и вашу семью депортировали. По прибытии в место сбора трудоспособных мужчин отделили от семьи и отправили в различные трудовые лагеря. Женщин и детей отправили в специальные лагеря, а стариков отделили от остальных и разместили в отдельных лагерях, в соответствии с полом. В зависимости от требований и прихотей лагерной администрации, впоследствии всех этих людей могли неоднократно переместить. В конце войны они могли находиться в небольшом количестве лагерей, ещё не освобождённых союзниками.

Оставшиеся в живых в послевоенные месяцы окажутся на новых местах, откуда они разбредутся каждый кто куда. Одни сохранят свою фамилию, другие же, чтобы скрыть своё еврейское происхождение, возьмут новое имя в своём новом доме: испанское - в Испании, английское - в США, еврейское - в Израиле.

А сейчас вопрос: как эти люди смогут узнать, что случилось с их родственниками?

С: Это будет практически невозможно, хотя сегодня - благодаря интернету - это ещё как-то возможно.

Р: Да, сегодня это сделать, разумеется, намного легче, чем в первые пятьдесят лет после войны, но зато сейчас появилась новая проблема: людям второго поколения нужно прежде всего установить, что за родственников им надо искать.

Но позвольте мне привести несколько историй из тех, что время от времени появляются в местных газетах, в которых повествуется о чудесных воссоединениях семей, разбросанных по свету вследствие холокоста. Люди, которые думали, что все их родственники погибли, ухитрялись находить друг друга - либо после упорных поисков, либо по чистой случайности. Вот пример из одной американской газеты.

«"Когда-то Штейнберги преуспевающе жили в небольшой еврейской деревушке в Польше. Это было ещё до гитлеровских лагерей смерти. Сейчас свыше двухсот переживших холокост и их потомков, разбросанных по всему свету, собрались здесь для того, чтобы вместе отметить четырёхдневный праздник, начавшийся примерно на День благодарения. В этот четверг приехали родственники из Канады, Франции, Англии, Аргентины, Колумбии, Израиля и как минимум из тринадцати городов США. "Это просто фантастика, - поведала Айрис Краснова из Чикаго. - Здесь встретилось пять поколений - от трёхмесячных младенцев до 85-летних стариков. Люди плачут от счастья и чудесно проводят время. Это всё равно что встреча беженцев Второй мировой войны".

Сэм Клапарда из Тель-Авива потерял дар речи, увидев в холле отеля Мариотт из международного аэропорта в Лос-Анджелесе внушительное семейное сборище. "Это просто здорово, что у меня есть родственники", - сказал он...

Для Элен, матери Айрис Красновой, эмигрировавшей из Польши во Францию и оттуда - в США, эта встреча стала радостным событием. "Я не могу поверить, что столько людей пережило Холокост. Здесь видишь так много жизни - целое новое поколение. Это просто чудесно! Если бы Гитлер это увидел, он бы перевернулся в гробу!"»[62]

С: Но ведь это всё единичные случаи!

Р: И да, и нет. Прежде всего, мы видим, что сценарий, который я составил выше, очень даже реален. Вы правы в том смысле, что только небольшое число подобных случаев получило всемирную известность. Но нужно помнить, что сообщения о чудесных семейных воссоединениях появляются, в основном, в местных СМИ. Кто станет проверять все местные источники на предмет подобных сообщений? То, что я только что привёл, я чисто случайно нашёл в интернете. Систематичного анализа никто не проводил. Да и потом, сколько подобных семейных воссоединений или нахождений пропавших родственников удостоится статьи в газете? Также, какова вероятность найти пропавшего родственника при всех тех трудностях, о которых мы говорили? Или, говоря иначе, сколько выживших родственников, знающих друг друга, нам нужно иметь, чтобы некоторые из них: а) случайно натолкнулись друг на друга, б) были упомянуты в СМИ и в) были донесены до нашего сведения?

С: Но разве мы не вправе предположить, что после войны пережившие холокост камня на камне не оставили, чтобы добыть сведения о своих родственниках? Ведь, если бы вы были правы, то тогда должно было быть гораздо больше сообщений о евреях, переживших холокост, которые нашли своих пропавших родственников.

Р: Я в этом не уверен. Вот показания одного знаменитого свидетеля, Арнольда Фридмана. В 1985-м он выступил на одном из процессов в качестве свидетеля злодеяний, якобы имевших место в Освенциме, и дал следующие ответы (О) на вопросы (В) защиты:

"В: Вы когда-нибудь слышали о международной поисковой службе в Арользене, Западная Германия, которая, насколько мне известно, подчиняется Красному Кресту? Вы никогда о ней не слышали?

О: Нет.

В: Вы никогда не пытались обратиться в государственные учреждения, чтобы с их помощью найти вашу семью или членов вашей семьи - после войны?

О: Нет. [...]

В: Понятно. Значит, о судьбе членов вашей семьи вам ничего неизвестно. Вы ничего не знаете о том, что с ним стало.

О: Да, у меня нет никаких документальных сведений. [...]

В: Вы согласитесь со мной, если я скажу, что это [то, что люди находили друг друга спустя много лет после войны] имело место потому, что после войны множество людей было разбросано по всей Европе, одни находились в русских зонах оккупации, другие - в американских, третьи - в британских, и многие полагали, что все остальные погибли?

О: Да.

В: И вы ничего не слышали о поисковой службе из Арользена?

О: Нет."[63]

Таким образом, Фридман после войны даже не пытался хоть что-то разузнать о своих родственниках.

С: Но вы не можете это обобщать.

Р: Вы правы, но всё же нужно признать ту возможность, что после войны многие оставшиеся в живых сами были настолько убеждены холокостной пропагандой, что даже не думали о том, чтобы попробовать найти своих родственников.

На вопрос о том, сколько еврейских семей было навсегда разлучено теми событиями и ошибочно полагало, что все остальные погибли, можно ответить только при помощи всемирной статистической оценки лиц, переживших холокост, да и то лишь приблизительно.

В Израиле существует официальная организация Амха, занимающаяся выжившими в холокосте. Согласно этому источнику, в 1997 году в мире имелось от 834.000 до 960.000 человек, переживших холокост. Лицо, пережившее холокост, Амха определяет следующим образом: "Пережившим холокост будет считаться любой еврей, проживавший в стране, в которой в то время существовал нацистский режим, которая находилась под нацистской оккупацией или которая управлялась нацистскими коллаборационистами, а также любой еврей, эмигрировавший из-за вышеупомянутого режима или оккупации"[64].

С: Да уж, это более чем общее определение. Если следовать ему, то тогда всех евреев, которые эмигрировали из Германии после 1933-го, до начала массовых депортаций 1941-го, можно считать пережившими холокост, так же как и тех, кто убежал на восток перед приходом немецкой армии.

Р: Верно. Подобным образом увеличивается число выживших, что может быть выгодным при требовании компенсаций за них.

С: Это значит, что вы считаете эти цифры завышенными?

Р: Вот что я скажу. В 1998 году, то есть через год после того, как Амха опубликовала эти цифры, еврей Рольф Блох, глава швейцарского Фонда Холокоста - организации, обсуждавшей условия, на которых швейцарские банки должны выплатить компенсации евреям, пережившим холокост, - заявил, что всё ещё имеется более 1.000.000 миллиона переживших холокост[65]. А в 2000 году бюро израильского премьер-министра также заявило, что по-прежнему имеется больше одного миллиона переживших холокост[66].

С: Получается, что подобная цифра может иметь политические и финансовые мотивы.

Р: Число переживших холокост действительно имеет психологическое значение для германо-еврейских отношений[67]. А теперь возникает следующий вопрос: если в 2000 году в мире имелся один миллион человек, переживших холокост, то сколько их было в 1945-м?

С: Я бы сказала, что намного больше, так как большинство из них к тому времени должно было умереть от естественных причин.

Р: Математическими расчётами это число можно установить весьма точно, если нам известен возрастной состав тех евреев, которые дожили до 2000 года. У статистиков страховых обществ имеются весьма точные данные о средней продолжительности жизни, позволяющие нам подсчитать первоначальную численность отдельной группы населения. К сожалению, у нас нет точных данных о распределении по возрасту переживших холокост, хотя кое-какая информация у нас всё же имеется. В одной своей работе я проделал подробные вычисления, на основании различных предположений относительно распределения по возрасту. Результат этих вычислений был таков: в 1945 году имелось от 3,5 до 5 миллионов людей, переживших холокост[68].

С: Это из скольких евреев всего?

Р: Если сюда отнести всех евреев, когда-либо проживавших на территориях, которые позже оказались под властью национал-социалистов, мы получим общее число в 8 миллионов[69].

С: Это означало бы, что недостаёт от 3 до 4,5 миллионов евреев.

Р: В худшем случае.

С: Всё равно, это весьма пугающая цифра.

Р: Да, но нужно учесть, что значительную часть этих евреев нельзя вменять в вину национал-социалистическому режиму - к примеру, тех евреев, которые сгинули в сталинском ГУЛаге или погибли, будучи солдатами или подпольщиками. Но я не хочу давать какой-либо окончательной цифры для оставшихся в живых, поскольку статистическая основа для вычислений крайне мала, и из-за этого результаты будут иметь слишком широкий предел погрешности, чтобы на их основании можно было делать какие-либо надёжные выводы.

Что я хотел показать, так это то, что после войны миллионы таких людей были разбросаны по всему свету. Большинство из них полагало, что их родные погибли, несмотря на то, что - как мы увидели - в живых на самом деле осталась как минимум половина евреев, проживавших на территориях, рано или поздно попавших под прямое или косвенное влияние Гитлера. Таким образом, приведённые выше случаи чудесных воссоединений вовсе не были чудом, но основывались на весьма высокой статистической вероятности. Что же касается имён, собираемых Яд Вашемом, то они основываются на непроверенных заявлениях и поэтому являются самой обычной макулатурой.

С: Но мы по-прежнему не знаем, сколько евреев погибло в холокосте.

Р: Я не смогу дать вам на это окончательный ответ - по той простой причине, что я сам не знаю. Если вы хотите самостоятельно изучить этот вопрос, я советую вам обратиться к приведённым мною работам. Всё, что я хотел здесь показать, так это то, что, поскольку никто не знает точной цифры, цифра в шесть миллионов более чем сомнительна. Согласившись с этим, вы увидите, что по-настоящему уместными и более глубокими являются вопросы "если" и "как".

С: Скажите, если вы не знаете точной цифры, то какой вы тогда верите?

Р: Слово "верить" здесь не совсем подходящий термин. Лучше будет сказать "считать правдоподобной". Я думаю, что более правдоподобна цифра в примерно полмиллиона человек.

С: А может ли количество заявлений о выплате компенсаций, поданных немецким властям, позволить нам установить число выживших?

Р: Только в крайне незначительной степени. С момента образования государства ФРГ в 1949-м западногерманские власти выплачивали компенсации различного рода лицам и группам лиц, которые утверждали, что их преследовали во времена Третьего Рейха. На 2000 год Германия выплатила, в общем счёте, около 100 миллиардов долларов США. Согласно тому, что мы можем заключить из опубликованных данных, мы знаем, что к концу 80-х годов было подано свыше пяти миллионов подобных заявлений, хотя из предоставленной информации неясно, если подателем является еврей. К тому же группы лиц - например, семьи, - могут подать коллективные заявления, а каждый их член - ещё и дополнительное заявление, в зависимости от характера нанесённого ущерба - физического, морального, материального или даже ущерба от разрушенной карьеры[70]. Если бы немецкое правительство хотело, то оно бы привело более точные цифры, а так эти цифры, вероятно, не будут опубликованы - из-за страха, что они будут "неправильно использованы".

С: А как быть с данными энциклопедий? Если сравнить данные для евреев до и после войны...

Р: Я бы вам не советовал делать подобное. Энциклопедии и всякого рода справочники нельзя назвать по-настоящему надёжными источниками в строгом научном смысле этого слова. Начав работать с ними, вы сразу же натолкнётесь на заграждение из контраргументов официальной историографии и в итоге выставите себя на посмешище. То же самое относится и к газетным и журнальным статьям. Как-никак, журналисты никогда не славились глубоким знанием обсуждаемых ими тем.


1.8. Постоянных истин не бывает

Р: И в завершение этой лекции давайте немного поговорим о политике - хотя бы для того, чтобы вы смогли высказать своё мнение, которое скорее политического свойства.

Я только что применил термин "официальная историография", который не совсем верен, поскольку в демократичном обществе власть не говорит науке, что является истиной, а что - нет. Это отличительная черта тоталитарных государств. Но, к сожалению, многие европейские страны, среди которых три немецкоязычные, предписывают науке определённое видение истории при помощи уголовного права. Параграф 130 немецкого уголовного кодекса, параграф 3h австрийского запретительного закона и параграф 241bis швейцарского уголовного кодекса запрещают отрицание геноцидных действий национал-социалистического режима.

С: Да, и это совершенно правильно!

Р: Почему вы так считаете?

С: После тех чудовищных преступлений, которые совершили нацисты, мы просто обязаны следить за тем, чтобы подобного рода вещи больше не повторились.

Р: Ну, никто не станет спорить с тем, что геноцид - это преступление...

С: Но мы должны пойти ещё дальше и принимать меры против любого, кто призывает людей к таким действиям или одобряет их.

Р: Вообще-то призывать людей к совершению преступления и одобрять преступление - это разные вещи, и уголовный кодекс определяет их по-разному. Здесь же мы говорим об обсуждении исторических фактов или утверждений. Это не имеет ничего общего с призывами к совершению преступлений или с их одобрением.

С: Да, но речь здесь идёт о их преуменьшении или даже отрицании. Любой, кто так поступает, по сути дела хочет замести эти преступления против человечества под ковёр или даже открыть путь для их нового повторения. По своей сути, ревизионизм - это хитроумный способ вернуть национал-социализм в приличное общество путём устранения его главного чёрного пятна - убийства евреев. И если мы позволим этому случиться, и фашизм снова станет приемлемой вещью, то тогда установится новая нацистская диктатура, и мы получим ещё один геноцид. Чтобы этого не произошло, нам нужно делать всё, что в наших силах, чтобы не допустить обеления нацистов.

Р: То есть вы хотите сказать, что любой, кто высказывает две диаметрально противоположные точки зрения по холокосту, по сути дела, пытается обелить национал-социалистов, для того чтобы заново ввести тоталитарные идеологии правого толка?

С: Ну а что же ещё может заставить человека идти против здравого смысла и отрицать все имеющиеся доказательства, которые ни один нормальный человек просто не поставит под сомнение?

Р: Это звучит прямо как приговор. Правда, это основывается на ошибочных предположениях. Во-первых, всё это должно означать, что вы обладаете окончательной истиной в том, что касается холокоста. Могу я спросить, что делает вас столь уверенными? Что придаёт вам чуть ли не папскую непогрешимость?

С: Более пятидесяти лет глубоких исследований, предпринятых тысячами историков. Не может такого быть, чтобы все они ошибались.

Р: Если рассуждать подобным образом, то тогда получается, что в XVII столетии тысячелетние астрономические исследования также не могли быть ошибочными, когда был подвержен сомнению тот факт, что Земля - плоская. Из-за этого Джордано Бруно был отправлен на костёр, а на Галилео Галилея была наложена анафема. А как насчёт того, что ведьмы летают на метле и сношаются с дьяволом? Это ведь тоже был очевидный факт - в течение целых столетий.

С: Нет, ну это совершенно разные вещи.

Р: Почему?

С: Потому что в этих случаях игнорировались научные факты.

Р: А вы что, хотите сказать, что в случае исследования холокоста признанными историками дела обстоят по-другому?

С: Конечно. Ведь в том народном лекарстве, которое вы пытаетесь всучить под маркой ревизионизма, полностью отсутствуют какие бы то ни было научные принципы.

Р: Ну хорошо, давайте тогда возьмём и взглянем на эти самые принципы. Начнём с самого главного: любому исследователю должно быть разрешено выдвигать любую рабочую гипотезу, и, в принципе, должен быть допустим и разрешён любой вообразимый результат. А теперь позвольте вас спросить: можно ли - к примеру, в Германии, - выдвигать тезис о том, что в Третьем Рейхе не было систематичного массового истребления евреев, и законно ли приходить в конце такого исследования к выводу о том, что подобный тезис, в сущности, является верным?

С: Нет, это запрещено.

Р: Именно. И, как вы думаете, к каким тогда результатам придут немецкие историки?

С: Но ведь историки в других странах, где это не запрещено, целыми десятилетиями приходили к тем же самым выводам!

Р: Может быть, но нас это здесь не интересует. Вопрос в следующем: если всё научное сообщество, так же как и СМИ, политики, юридическая система и, в принципе, общество в целом, попирают самые фундаментальные принципы науки, то почему тогда жертв подобных ограничений и отрицания научной свободы обвиняют в неаучности? Любой историк, так же как и любой неспециалист, соглашающийся с тем, что определённые гипотезы и результаты являются незаконными - затрагивают ли они холокост, ведьм или форму Земли, - тем самым отказывается от звания учёного и даже становится врагом науки!

С: Речь здесь идёт не о науке, а о защите демократии и прав человека от их врагов!

Р: Вы хотите сказать, что любой, кто не согласен с определёнными научными положениями, является врагом прав человека?

С: Люди, которые хотят придать национал-социализму человеческое лицо, являются подлинными врагами науки, поскольку они используют науку только в качестве повода для продвижения своих гнусных политических целей.

Р: То есть вы обвиняете ревизионистов в том, что они делают вид, будто приводят научные аргументы, исключительно по политическим мотивам?

С: Конечно. Это называется псевдонаукой.

Р: Ну ладно, давайте вопрос о том, правы вы здесь или нет, пока оставим открытым. Мы поговорим об этом позже, когда поближе познакомимся с аргументами ревизионистов. Сейчас же давайте поговорим ещё об одном научном принципе или, точнее, принципе теории познания. Я имею в виду тот неоспоримый факт, что ни одно познание не может претендовать на полную и абсолютную истину. Любое познание открыто для пересмотра и опровержения в случае возникновения новых доказательств или интерпретаций. Таким образом, научный тезис характеризуется тем, что он, в принципе, должен быть открыт для подобных опровержений. И, если рассматривать холокост как явление, доступное для науки, то здесь не может быть никаких исключений из правил.

С: Да, но это вовсе не означает, что нужно соглашаться с псевдонаучными опровержениями!

Р: Похоже, вы считаете, что любая попытка опровергнуть холокост обязательно имеет под собой политические мотивы, а именно реабилитацию Гитлера и его режима.

С: Конечно.

Р: В таком случае, вы должны считать политически неприемлемым и даже недопустимым всё, что прямо или косвенно способствует реабилитации и моральному оправданию Гитлера?

С: Только не надо мне говорить, что вы способствуете подобным вещам!

Р: Речь здесь идёт не об этом. Меня не интересует, какие у вас политические взгляды и что вы считаете аморальным. Что я пытаюсь показать, так это то, что вы считаете политически предосудительным и, следовательно, неприемлемым любой результат, который может морально оправдать Гитлера. А теперь вопрос: какими мотивами вы здесь руководствуетесь - научными или политическими?

С: Ну, борьба с нацистами - это, разумеется, политика.

Р: Понятно. А теперь ещё один вопрос: какое право вы имеете обвинять других в том, что у них политические мотивы, если вы сами только что признались, что вы руководствуетесь не чем иным, как политикой?

С: Но ведь мои политические мотивы благородны, а их мотивы - нет!

Р: Не вам решать, что творится в голове у других людей и что является моральным, а что - нет.

Факт тот, что наука может отвергать результаты только в том случае, если у неё имеются на то научные основания. Ненаучные мотивы недопустимы. Это является ещё одной характерной особенностью науки, которой вы, по-видимому, не хотите придерживаться. Учёного не должно интересовать то, какой эффект могут оказать результаты его научного исследования на моральный авторитет какого-нибудь человека или политической системы. Результат должен быть точным, последовательным, подкреплённым доказательствами и лишённым противоречий. Политические взгляды не имеют к этому абсолютно никакого отношения.

Представьте себе, что завтра какой-нибудь историк заявит, что отныне никто не должен получать результаты, которые могут морально или политически оправдать Чингисхана и его монгольские орды. Какова на это последует реакция, а?

С: Это вызовет только насмешки и издёвки.

Р: И совершенно правильно, поскольку любой, кто выдвигает столь нелепые постулаты, имеет исключительно ненаучные, то есть антинаучные цели. И то, что большинство людей соглашается с такими же возмутительными политическими аргументами по отношению к национал-социализму, не делает их научно приемлемыми. Однако это может многое сказать о состоянии нашего общества.

Как вы думаете, что заставило почти весь мир дойти до такого состояния, при котором рассудительность и благопристойность, применяемые для всех других исторических и научных дилемм, полностью отбрасываются в сторону и заменяются параноидной, психопатной реакцией, когда речь заходит о данной теме? Почему нам не разрешается обсуждать эту тему точно так же, как любую другую? Кто имеет столь гигантский интерес в затыкании рта инакомыслящим? Кто зашёл так далеко в промывании мозгов всему свету, что почти каждый из нас реагирует как павловская собачонка и начинает тупо лаять, как только загорается лампочка с надписью "холокост" или "евреи"?

Давайте отложим вопрос о том, научен ли ревизионизм холокоста или антинаучен, для другой лекции. Мы поговорим об этом после того, как ознакомимся с некоторыми методами и аргументами, используемыми ревизионистами и их оппонентами. А сейчас давайте обсудим вопрос о том, представляет ли ревизионизм холокоста какую-либо угрозу для демократии и прав человека, как это утверждал один из наших слушателей.

С: Ответ положительный, так как ревизионизм продвигает идеологии, не признающие прав человека!

Р: Минуточку... Скажите, считаете ли вы, что заявления о немецких злодеяниях помогли Сталину в его борьбе с национал-социалистической Германией?

С: Ну, раскрытие фашистских злодеяний действительно морально укрепило антифашистскую борьбу.

Р: Это помогло Сталину?

С: Наверно - в более широком смысле.

Р: Что ж, тогда тезис о том, что национал-социалисты осуществляли систематичное и промышленное уничтожение людей, продвигал идеологию и режим, которые, вне всякого сомнения, являлись угрозой для демократии и прав человека.

С: Но ведь...

Р: Или вы станете отрицать, что Сталин и тоталитарный коммунизм советского типа заключали в себе такую угрозу?

С: Нет.

Р: Итак, мы имеем здесь тоталитарный режим, который в 1918 году - когда национал-социалистическая партия в Германии только была учреждена - уже истребил в России сотни тысяч людей. Он истребил миллионы, когда Гитлер пришёл к власти, и десятки миллионов к сентябрю 1939-го, когда началась война между, с одной стороны, Польшей - которая безжалостно преследовала и истребляла своё немецкое, украинское и белорусское меньшинство[71] - и, с другой стороны, Германией и СССР. Далее. В то время как после войны с Польшей Гитлер ничего не предпринимал, Сталин напал на Финляндию, захватил и присоединил Литву, Латвию и Эстонию и отобрал у Румынии Бессарабию и Северную Буковину - безо всяких провокаций и при помощи грубой силы. И при всём этом, вместо того чтобы увидеть, что Сталин представляет гораздо бóльшую угрозу для мира и всего человечества, весь мир объявил войну Германии и решил безоговорочно поддерживать Сталина. На то время - и даже вплоть до лета 1941-го - число гитлеровских жертв было микроскопически мало по сравнению со сталинскими. А на сегодня общее число всех жертв коммунизма, считая Китай и поля смерти в Камбодже, составляет многие десятки миллионов.

Почему же тогда коммунизм вообще и Сталина в частности никогда не называют воплощением зла? И почему сегодня коммунистов и остальных левых радикалов, которых большинство среди холокостовцев, никто нигде не запрещает, в то время как национал-социалистов и Гитлера приравнивают к самому чёрту? Есть ли здесь хоть какая-нибудь логика? Явно нет. Всё это движется обычными глупыми эмоциями, порождёнными однобокой, искажённой и лживой исторической [дез]информацией. Ведь если быть объективным, никакими рациональными аргументами нельзя доказать, что национал-социализм хуже коммунизма. Справедливо как раз обратное.

Всё это приводит к тому, что вами движет не рациональный анализ фактов, а предубеждения и эмоции. Последние настолько сильны, что не только не дают вам объективно взглянуть на факты, но и побуждают вас запрещать другим рационально смотреть на факты и делать собственные выводы. Вы боитесь того, что люди придут к выводам, отличным от ваших.

С: Я не защищаю никакой тоталитарный режим - ни нацистский, ни коммунистический. В конце концов, нацистские злодеяния не служили оправданием коммунизму; они оправдывали западную демократию.

Р: Сравнивая себя с традиционными холокостными верованиями, любой может чувствовать себя морально выше - будь это Сталин или те так называемые демократы, которые отдали народы Восточной Европы на растерзание сталинским ордам насильников и грабителей или заживо сожгли мирных жителей Гамбурга, Дрездена, Хиросимы и Нагасаки ковровыми бомбардировками и атомными бомбами. Таким образом, холокост - это удобный щит, за которым различные серийные убийцы чувствуют себя под надёжной защитой.

Только не поймите меня неправильно: я не собираюсь устанавливать моральную шкалу для серийных убийц Второй мировой войны - войны, которая сама по себе была самым крупным серийным убийством за всю историю. Что я имею в виду, так это следующее: если вы станете отбрасывать - или даже объявлять вне закона - любой исторический или научный тезис только из-за того, что какая-нибудь система, достойная морального или политического осуждения, сможет использовать его в дурных целях, то сколько тогда останется тезисов, могущих считаться безопасными и застрахованными от подобных злоупотреблений?

Если ревизионизм осуждается из-за того, что он приветствуется правыми тоталитарными идеологиями, то почему тогда не осуждается холокостизм, который аналогичным образом служит гораздо более опасным левым тоталитарным идеологиям?

С: А что такое холокостизм?

Р: Так в простонародье именуется тезис, противоположный ревизионизму холокоста, который гласит, что в Третьем Рейхе осуществлялось систематичное, промышленное уничтожение евреев, в основном при помощи газовых камер.

Факт, однако, тот, что научный тезис сам по себе не может нести ответственность за то, что кто-то применяет его в дурных целях, точно так же как изобретатель или учёный, сделавший открытие, не может нести ответственность за то, что кто-то использует это открытие из аморальных соображений. Разве Отто Хан - человек, первым расщепивший атом, - повинен в Хиросиме? И разве Гуттенберг виновен за печатание статей, разжигающих ненависть?

С: Но мы говорим здесь о конкретных поступках ревизионистов, которые отрицают исторические факты и в то же время восхваляют фашизм.

Р: Назовите мне ревизионистского учёного, который так поступает. Хотя бы одного.

С: Эрнст Цундель. Он гордится тем, что он - национал-социалист[72].

Р: Вообще-то я не слышал, чтобы он такое говорил. В любом случае, Эрнст Цундель - не ревизионистский учёный.

С: Ах вот как! Кто же он тогда?

Р: Художник-дизайнер, издатель, политический активист и пацифист.

С: Это звучит так, словно вы пытаетесь откреститься от вашего коллеги-ревизиониста Эрнста Цунделя. При всём уважении к благородным и чистым наукам, вы просто не можете помещать Эрнста Цунделя в более низкую категорию по сравнению с вашей! Как-никак, Цундель искал истину, шаг за шагом пробираясь сквозь джунгли лжи, и невероятно сильно пострадал из-за этого. К тому же гораздо лучше и благородней заниматься политикой при помощи того, что ты считаешь истиной, нежели при помощи лжи, как это явно делают правящие круги.

Р: Вы меня не так поняли. Я хорошо знаю Эрнста Цунделя и считаю его очень порядочным, добрым и разумным человеком, даже если у нас с ним имеются кое-какие политические разногласия, хотя я никогда не слышал, чтобы он считал себя национал-социалистом или чтобы он этим гордился. Цундель уж точно не восхваляет фашизм, что бы это ни значило. И я согласен, что заниматься политикой из добрых побуждений - это благородное дело. Но всё это не делает Цунделя учёным.

А теперь давайте взглянем на другой край политической доски. Возьмите Германа Лангбайна и Юджина Когона, одних из самых важных авторов и активистов холокостизма в немецкоязычных странах. Оба они - коммунисты.

С: Ну и что? Что вы пытаетесь этим доказать??

Р: Я пытаюсь доказать, что политические крайности можно найти на обеих сторонах политического спектра. Следовательно, нам нужно быть бдительными в обоих направлениях. Или подумайте об этническом составе ревизионистов. Кое-кто может подумать, что большинство ревизионистов - немцы, однако это совсем не так. На самом деле среди ревизионистов преобладают французы. Автор этих строк - этнический немец, но это исключение из правил. А теперь для контраста взгляните на следующий длинный список (далеко не полный) известных холокостных учёных и активистов, все из которых - евреи.

Ицак Арад Алекс Гробман Дебора Липштадт
Ханна Арендт Израэль Гутман Арно Майер
Йегуда Бауэр Люси Давидович Роберт ван Пелт
Рихард Брайтман Александер Донат Леон Поляков
Джордж Веллерс Серж Кларсфельд Джеральд Рейтлингер
Пьер Видаль-Наке Шмуэль Краковский Джеральд Флеминг
Симон Визенталь Вальтер Лаке Рауль Хильберг
Мартин Гильберт Клод Ланцман Эфраим Цурофф
Даниэль Гольдхаген    

Думаю, будет излишне говорить, что все эти люди настроены крайне враждебно по отношению к Третьему Рейху и заинтересованы в том, чтобы подчёркивать страдания своих собратьев-евреев. Следовательно, при написании книг о холокосте они руководствуются явной идеологической программой. Означает ли это, что их сочинения неверны с самого начала?

С: Нет, конечно.

Р: Тогда почему у ревизионистов всё должно обстоять по-другому? Кстати, вы никогда не встретите ни одного ревизиониста, который бы отвергал тезис, выдвинутый еврейским учёным, только из-за принадлежности или взглядов и, следовательно, возможной предвзятости этого учёного. Но давайте оставим политику и вернёмся к правам человека.

С: Я считаю, что когда мы изучаем то, что совершили нацисты, крайне важно следить за тем, чтобы это больше никогда не повторилось. И если для того, чтобы это сделать, становится необходимым запретить то, что может вызвать беспокойство среди евреев или других меньшинств, то мы должны принять надлежащие меры. Как-никак, немцы несут особую ответственность перед меньшинствами.

Р: То есть вы хотите сказать, что для того, чтобы в Германии больше не сжигались книги и не преследовались меньшинства, немцам нужно сжигать книги и преследовать меньшинства?

С: Что-что? Я такого не говорил!

Р: Нет, вы сказали именно это. Чтобы книги больше не сжигались, а меньшинства не преследовались, нужно сжигать другие книги и преследовать другие меньшинства.

С: Но ведь в Германии сегодня никто не сжигает книги и не отправляет диссидентов в лагеря!

Р: А вот здесь-то вы глубоко заблуждаетесь. В сегодняшней Германии книги политических и исторических диссидентов конфискуются и уничтожаются как орудия преступления, что в большинстве случаев означает, что их сжигают[73]. И разве есть какая-то разница между тем, что политического или исторического диссидента отправляют в концлагерь потому, что он коммунист, свидетель Иеговы или социалист, или что его сажают в тюрьму потому, что он национал-социалист, крайний правый или ревизионист?

С: Ерунда какая-то... Вы не можете приравнивать нацистскую Германию к Германии сегодняшней. В наши дни немцы должны совершить преступление и быть приговорены судом перед тем, как сесть в тюрьму, в то время как в нацистской Германии это было не обязательно.

Р: Вы правы в том, что касается этих важных формальностей, хотя в современной Германии они используются всего лишь как крайне эффективная и вводящая в заблуждение ширма, за которой скрывается тот же самый тип преследований. Я объясню это более подробно в последней лекции. Однако я вовсе не собирался ставить знак равенства между этими двумя системами правления. Я всего лишь хотел обратить ваше внимание на следующую парадоксальную ситуацию: ревизионистские меньшинства и правые националисты в современной Германии - и во многих других европейских странах - преследуются за свои убеждения, даже если те высказываются самым что ни на есть мирным образом, а их сочинения сжигаются - на том основании, что это делается для того, чтобы не допустить новых сожжений книг и новых преследований меньшинств.

В главе 5.3 я детально изложу проблему цензуры в современной Германии[74]. А в завершение этой лекции я хочу сделать в некоторой степени банальное заявление. Ревизионистами не рождаются, ревизионистами становятся. Становятся в результате определённых жизненных событий. Иначе говоря, практически все ревизионисты когда-то были твёрдыми верующими в холокост и только потом стали сомневаться во вбитой в них догме. У каждого из них могли быть разные причины для этой перемены мышления, но у всех их есть одно общее качество: будучи людьми, они просто не могут отбросить или подавить свои сомнения. Сомнение - это нечто неотъемлемо присущее человеку, точно так же, как и поиск ответов, который может помочь излечить это тягостное состояние разума. Сомнение - это систематичная попытка найти истину, таящуюся за удобными и поверхностными ответами. Именно это прежде всего отличает человека от животного.

В связи с этим я хочу задать вам риторический вопрос: какой представление о человеке должно иметь общество, которое карает сомнения и пытается запретить поиск ответов при помощи уголовного кодекса?

С: Причём, что самое интересное, это общество считает себя просвещённым и поощряет своих членов - во всех других отношениях - быть критичными и не принимать всё поступающее сверху за чистую монету.

Р: Верно. Как-никак, все немцы должны были увидеть, что слепое повиновение может быть весьма губительным.

С: Вы сейчас пытаетесь возвести опасное здание на сомнениях.

Р: Сомнения свойственны человеку, а быть человеком - это опасно. Если мы хотим этого избежать, нам нужно вернуться в пещеры или взобраться обратно на деревья.

Вот что я хочу сказать в заключение этой лекции: никакая истина не является окончательной! И любой, кто пытается говорить нам, где можно искать истину, а где - нельзя, отнимает у нас людскую сторону нашей сущности, наше достоинство. Поэтому подавление ревизионистов холокоста - это то же самое, что и подавление всех тех, кто ищет истину, а это классический пример преследования наряду с вопиющим неуважением прав человека.

С: Всё это звучит весьма красиво, но факт остаётся фактом: сомневаться в холокосте запрещено во многих европейских странах - неважно, делается ли это в научной манере или нет, не говоря уже об опровержении, отрицании и тому подобном.

Р: Ну, здесь я ничего не могу поделать. Но в качестве утешения я могу привести мнение эксперта. В 2000 году один аспирант с факультета права защитил докторскую диссертацию на тему так называемой "освенцимской лжи". Насколько мне известно, он - ярый оппонент ревизионизма. Тем не менее, он пришёл к выводу, что объявление научного ревизионизма (в том смысле, в каком мы его понимаем) преступлением - это посягательство на права человека[75]. В немецких юридических кругах было приведено много критики в связи с криминализацией этой главы недавней немецкой истории[76]. К дискуссии присоединились даже немецкие политики, которые сделали ряд критических заявлений, - как, к примеру, бывший немецкий министр внутренних дел Вольфганг Шойбле, который в разговоре с Игнацом Бубисом, тогдашним председателем Центрального совета евреев в Германии, сказал:

"Что касается вопроса о том, является ли освенцимская ложь преступлением, а также вопроса о запрещении национал-социалистической символики, я могу сказать только одно. В абстрактном пространстве мы можем спокойно обсуждать, законно ли с юридической точки зрения запрещение высказывания различных мнений или незаконно. Однако в данном случае это совершенно правильно, поскольку мы живём не в абстрактном пространстве, а имеем перед собой конкретный исторический опыт. Я не думаю, что эти уголовно-правовые нормы будут существовать вечно. Но здесь и теперь будет правильно сказать - даже при помощи законов, которые можно назвать проблематичными по чисто юридическим соображениям, - что всему имеются свои границы и пределы, и шутки здесь неуместны"[77].

Отныне мы все знаем: юридическое преследование ревизионистских историков имеет место не по юридическим причинам, поскольку соответствующие законы можно назвать проблематичными. Мы должны обратиться к так называемому "историческому опыту", чтобы запретить обсуждение как раз этого опыта.

С: Это явный пример извращённой логики. Шойбле вполне чётко говорит, что в современной Германии нужно преследовать инакомыслящих, поскольку инакомыслящие преследовались в прежней Германии.

Р: Он также говорит, что нам нельзя обсуждать содержание исторического заявления из-за его содержания.

С: Нет, ну это просто замечательно! Теперь мы знаем, что в Германии незаконно продолжают сажать в тюрьму исторических диссидентов потому, что немецкие суды, включая немецкий Федеральный конституционный суд, нарушают закон.

Р: Что ж, ревизионисты хотя бы попадают в тюрьму как мученики, политические заключённые, а не как преступники. И рано или поздно это ударит прямо по немецкой юридической системе.

В следующей лекции мы развеем некоторые мифы о ревизионизме - например, тот, что это нацистское движение или идеология, продвигаемая людьми, больными на голову.


1.9. Приложение


Рис. 2. "Согласно надёжной информации, жертвы австрийцев и болгар превысили 700.000 человек. Было истреблено население целых районов, вместе с городами и сёлами. Австрийцы расстреливали женщин, детей и стариков в церквях, закалывали штыками и удушали при помощи газа".
"The Daily Telegraph", 22 марта 1916 г., стр. 7


Рис. 3. "The Daily Telegraph", 25 июня 1943 г., стр. 5

Рис. 4. "The Jewish Press", 21 февраля 1991 г.


Рис. 5. "Из-за океана шесть миллионов мужчин и женщин просят нашей помощи [...] шесть миллионов человеческих душ. [...] Шесть миллионов мужчин и женщин гибнут [...] в грозном холокосте человеческих душ [...] шесть миллионов голодных мужчин и женщин. Шесть миллионов мужчин и женщин умирают [...]".
"Америкэн хибру", 31 октября 1919 г., стр. 582.
Мартин Глинн был губернатором штата Нью-Йорк в период с 17 октября 1913 г. по 31 декабря 1914 г.

Рис. 6. "Риспонс", Т. 12, №1,
весна 1991 г.

"Немцы производят в Ираке Циклон-Б"

(Иракская газовая камера
немецкого производства)


"Монитор"

ARD (Ассоциация немецких радиостанций), 8 апреля 1992 г., 21:00

Во всём мире шумно обсуждался вопрос о том, следует ли начинать войну в Кувейте. Дискуссия приняла решающий оборот - в частности, в США, - вследствие рассказов о невероятных зверствах, творимых в Кувейте иракскими войсками.

Впечатляющий рассказ пятнадцатилетней кувейтской девушки о младенцах, которых иракские солдаты вытаскивали из инкубаторов. Через год после войны в Персидском заливе Конрад Эбель и Маттиас Верт заново взглянули на эту девушку и её историю.

(В кадре: плачущая девушка Найра в качестве свидетеля перед Комитетом Совета Безопасности ООН по правам человека) "Я видела иракских солдат. Они пришли в госпиталь и вытащили детей из инкубаторов. Затем они ушли, забрав инкубаторы и оставив детей умирать на холодном полу. Это было ужасно!"

(В кадре: свидетельница рыдает перед Советом Безопасности ООН, снова и снова прерывает свой рассказ и, задыхаясь, вытирает слёзы с глаз.)

Все собрание Комитета ООН по правам человека потрясено рассказом о, пожалуй, самом страшном злодеянии, совершённом войсками Саддама Хуссейна. Доклад Найры имеет огромный эффект. Сам Джордж Буш [старший], потрясённый, говорит (в кадре: Буш выступает перед солдатами в Саудовской Аравии): "Детей вытаскивали из инкубаторов и швыряли на пол как дрова".

(В кадре: маленькие могилы, якобы принадлежащие убитым младенцам.)

Кадры, доказывающие, что Саддам Хусейн ведёт себя как новый Гитлер и что его солдаты - подлые детоубийцы.

(В кадре: кувейтский хирург Ибрагим рассказывает перед Советом Безопасности ООН) "Самым тяжёлым было хоронить детей. Я сам закопал сорок детей, которых солдаты вытащили из инкубаторов".

Два дня спустя, в результате голосования, Совет Безопасности ООН принимает решение одобрить применение военной силы против Ирака, после того как организация Эмнести интернейшнл, в свою очередь, сообщила о 312 убитых младенцев.

Тем временем, конгресс США вёл дискуссии о том, следует ли начинать войну.

(В кадре: с трибуны выступает член палаты представителей) "Настало время остановить агрессию этого безжалостного диктатора, чьи войска закалывают беременных женщин и вырывают детей из инкубаторов".

Потрясённый всем этим, конгресс с небольшим перевесом голосует в пользу войны!

(В кадре: Дэвид Чу.) Это доктор Дэвид Чу, специалист по биомедицине. Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) отправила его в Кувейт для определения величины разрушений. Он посетил несколько операционных и родильных палат. В итоге он сделал поразительный вывод: вся инкубаторная история - полный вымысел!

"Я чувствую себя обманутым. Я был поражён, увидев столько инкубаторов. Я спросил у нашего гида, что произошло, и если история, рассказанная нам, соответствует истине. Он ответил, что ни один инкубатор не был тронут и что вся эта история никогда не имела место".

Единственное, что установил доктор Чу, - это то, что в кабинета дантиста не было стульев (в кадре: стоматологический кабинет без стульев).

Якобы разобранные инкубаторы по-прежнему находились на своих местах, и дежурный врач ясно сказал "нет!", когда его спросили, вынимали ли иракцы детей из инкубаторов (в кадре: доктор Соа Бен Эсса говорит "нет").

Теперь и Джон Стайлз из Эмнести интернейшнл вносит поправки: "Мы переговорили с более чем дюжиной врачей разной национальности, которые находились в Кувейте как раз в то время, но они не смогли подтвердить эту историю. Мы поняли, что всего этого не было".

Но как вообще смогла появиться подобная лживая история о кувейтских инкубаторах и повлиять на решение в пользу войны?

Ответ мы нашли в Манхеттене, город Нью-Йорк, в компании Хилл энд Ноултон - крупнейшей американской фирме по связям с общественностью. Их профессия - манипуляция общественного мнения. По поручению правительства Кувейта фирма Хилл энд Ноултон организовала кампанию по безоговорочному одобрению американским народом военного освобождения Кувейта. Бюджет: 10 миллионов долларов. Для этого Хилл энд Ноултон использовала методы, опробованные ранее для Пепси-колы. (В кадре: испытатель оценивает эмоции, глядя на различные фотографии.) Компьютер показывает положительную и отрицательную реакцию публики на различные вещи. Джордж Буш также применял этот метод в словесной войне во время своих предвыборных кампаний. В случае с Кувейтом этот метод был применён для манипулирования общественным мнением.

(В кадре: один из служащих объясняет процедуру; на заднем плане: речь Буша с кривой, показывающей реакцию испытуемой аудитории) "Мы дали всем небольшой передатчик, размером с ладонь, при помощи которого они могли показывать, является ли их реакция на демонстрируемую вещь одобрительной или неодобрительной. И затем на экране компьютера показывается, одобряют ли, к примеру, американцы то, что говорит президент, или нет".

Кувейт хотел установить, к чему американцы испытывают наибольшее отвращение. Результат: убийство детей! Так родилась инкубаторная история.

"Целью нашей работы было узнать: как я могу эмоционально довести людей до того, что они поддержат действия ООН по изгнанию иракцев? Для этого нужно будет убедить людей, что Саддам Хуссейн - это сумасшедший тип, убивающий своих собственных людей и имеющий достаточно сил, чтобы доставить ещё бóльшие неприятности".

Свободный Кувейт за 10 миллионов долларов!

Так появилась возможность мобилизовать в Америке всё общественное мнение для освобождения Кувейта. Для этого Хилл энд Ноултон подготовили так называемую свидетельницу для появлений на публике. [...] (В кадре: Томас Росс из Хилл энд Ноултон) "Фактически, наша задача ограничивалась подготовкой людей для выступлений в качестве "свидетелей" и сочинением их рассказов на приличном английском - так, чтобы все могли их понять".

Значит, всё, что вы сделали, - это помогли им с переводами?

"Ну, мы помогли им с переводом и с репетицией их выступлений, а также подготовили их для различных вопросов, которые могли быть заданы".

(В кадре: рыдающая свидетельница перед Комитетом ООН по правам человека). Похоже, её хорошо подготовили: "Это было ужасно! Я всё время думала о моём маленьком племяннике, который, наверное, тоже уже был мёртв!"

Позади неё сидит якобы нейтральный зритель и наблюдатель (в кадре). Это её отец, посол Кувейта в США. Вряд ли хоть кто-то об этом знал (в кадре: фотография Наиры, на которой у неё нормальный вид).

Комитет принял её за обычного беженца-подростка. Но она принадлежит к королевской семье эмира Аль-Сабах. Знали ли члены Комитета по правам человека о том, кто она на самом деле? Сколько людей знало о том, что она - дочь посла? (В кадре: Джон Портер перед Комитетом ООН по правам человека) "Я - нет!"

Перед Советом Безопасности ООН солгал ещё один, якобы надёжный свидетель - доктор Ибрагим. В обычной жизни он - зубной врач по имени Бехбехани. После войны он отказался от инкубаторной истории.

"Нет, я не могу подтвердить эту историю с инкубаторами".

То есть вы ничего не видели?

"Нет, ничего!"

Но к тому время всё уже кончилось. Лживая история фирмы Хилл и Ноултон сыграла решающую роль в склонении американцев в пользу войны и в отправке солдат в Кувейт. Было ли это мудрым капиталовложением для кувейтцов - заплатить компании Хилл и Ноултон 10 миллионов долларов?

(В кадре: Томас Росс из Хилл энд Ноултон) "Очень мудрым капиталовложением!"


Предисловие Содержание Лекция вторая

Примечания

[11]. "Frankfurter Allgemeine Zeitung", 21 сентября 1992, S. 13.

[12]. Константин Симонов, Лагерь уничтожения Люблин (Майданек), Москва: Издательство иностранной литературы, 1944..

[13]. Raimund Schnabel, Macht ohne Moral, Röderberg, Frankfurt/Main, 1957, S. 244.

[14]. Józef Marszałek, Budowa obozu na Majdanku w latach 1942-1944 (Строительство лагеря Майданек в 1942 - 1944 годы), "Zeszyty Majdanka" ("Известия Майданека", Люблин), т. IV (1969), стр. 48.

[15]. Czesław Rajca, Problem liczby ofiar w obozie na Majdanku ("Проблема числа жертв в лагере Майданек"), "Zeszyty Majdanka", т. XIV (1992), стр. 127.

[16]. International Military Tribunal, Trial of the Major War Criminals (IMT), Nuremberg, Vol. XII, p. 377, Vol. XIII, p. 393, Vol. XIX, p. 405, 418, 434, 467, 611, Vol. XXI, p. 530, Vol. XXII, p. 254, 538 (см. полный "IMT" в интернете: www.yale.edu/lawweb/avalon/imt/imt.htm).

[17]. Там же, Vol. III, p. 569, Vol. XI, p. 228-230, 255-260, 611, Vol. XXII, p. 346, Vol. XXXI, p. 85f.

[18]. IMT, vol. IV, pp. 371.

[19]. R. Aschenauer, Ich, Adolf Eichmann, Leoni: Druffel, 1980, S. 460f., 473ff., 494; об исторической ценности этой биографии Эйхмана ср.: D. Kluge, "Deutschland in Geschichte und Gegenwart" (далее цитируется как "DGG"), 29(2) (1981) S. 31-36
(www.vho.org/D/DGG/Kluge29_2.html); ср. также: R. Servatius, Verteidigung Adolf Eichmann, Bad Kreuznach: Harrach, 1961, S. 62ff.; U. Walendy, "Historische Tatsachen" Nr. 18 (далее цитируется как "HT"), Vlotho: Verlag für Volkstum und Zeitgeschichtsforschung, 1983; H. Arendt, Eichmann in Jerusalem, Leipzig: Reclam, 1990, S. 331ff.

[20]. Wilhelm Höttl, Einsatz für das Reich, Koblenz: Verlag p. Bublies, 1997, в частности S. 77, 412f.

[21]. Ср.: G. Rudolf, Wilhelm Höttl - ein zeitgeschichtlich dilettantischer Zeitzeuge, "Vierteljahreshefte für freie Geschichtsforschung" (далее цитируется как "VffG"), 1(2) (1997), S. 116f.

[22]. Ср. параграф 2.18.

[23]. David Irving, Nuremberg. The Last Battle, London: Focal Point, 1996, pp. 61f. (www.fpp.co.uk/books/Nuremberg/NUREMBERG.pdf).

[24]. Joachim Hoffmann, Stalin's War of Extermination 1941-1945, Capshaw, AL: Theses & Dissertations Press, 2001, pp. 189, 402f.

[25]. Lucy Dawidowicz, A Holocaust Reader, New York: Behrman House, 1976, p. 322.

[26]. W. Höttl, там же (прим. 20), S. 412, 515-519.

[27]. Впервые процитировано в: Arthur R. Butz, The Hoax of the Twentieth Century, Brighton: Historical Review Press, 1976. Все цитаты взяты из 3-го издания: Chicago, IL: Theses & Dissertations Press, 2003, p. 100-104 (www.vho.org/GB/Books/thottc).

[28]. Thomas Mann, Sieben Manifeste zur jüdischen Frage, Darmstadt: Jos. Melzer Verlag, 1966, S. 18. Благодарю Роберта Каунтесса, указавшего эту ссылку.

[29]. Don Heddesheimer, The First Holocaust. Jewish Fund Raising Campaigns with Holocaust Claims During and After World War One, 2nd ed., Chicago: Theses & Dissertations Press, 2005 (www.vho.org/D/deh/index.html).

[30]. Pogroms in Poland, "New York Times", 23 мая 1919, p. 12.

[31]. Nathan Schachner, The Price of Liberty. A History of The American Jewish Committee, New York: The American Jewish Committee, 1948, p. 63.

[32]. The American Jewish Committee, The Jews in the Eastern War Zones, New York: The American Jewish Committee, 1916, pp. 19f.

[33]. "New York Times", 11 июня 1900, стр. 7.

[34]. Benjamin Blech, The Secret of Hebrew Words, Northvale, NJ: Jason Aronson, 1991, p. 214.

[35]. Max Frankel, The Times of My Life. And My Life with The Times, New York: Random House, 1999, pp. 400f., 403.

[36]. Заявление немецкого историка Марина Бросцата - эксперта, вызванного судом шеффенов во Франкфурте 3 мая 1979, Az. Js 12 828/78 919 Ls.

[37]. Ср. объяснения Ф. Хаскинса, бывшего президента Американской демографической ассоциации, согласно "The Journal of Historical Review" (далее цитируется как "JHR") 4(1) (1983) p. 61-81.

[38]. Ari Shavit, White man's burden, "Ha'aretz", 7 апреля 2003; www.haaretzdaily.com/hasen/pages/ShArt.jhtml?itemNo=280279;
ср. также: Stephen J. Sniegoski, The War against Iraq, "The Revisionist" (далее цитируется как "TR"), 1(3) (2003), pp. 288-304.

[39]. Raul Hilberg, The Destruction of the European Jews, New York: Holmes & Meyer, 1985, p. 1219.

[40]. Lucy Dawidowicz, The War Against the Jews, New York: Holt, 1975, стр. 149 для отдельных лагерей, включая неевреев. Общая сумма ("Holocaust Total", стр. 403) включает только евреев, поэтому цифра в графе "другие места" на самом деле должна быть выше.

[41]. Walter N. Sanning, The Dissolution of Eastern European Jewry, Costa Mesa, CA: Institute for Historical Review, 1983.

[42]. Wolfgang Benz, Dimension des Völkermords, München: Oldenbourg, 1991.

[43]. Там же, стр. 558, прим. 396: "Автор [Заннинг] преуспел в методически недопустимом обращении со статистическим материалом, а также в рискованных, но явно ошибочных комбинациях и выводах". Однако доказательств для сих упрёков не было приведено.

[44]. Germar Rudolf. Holocaust Victims: A Statistical Analysis, в сб.: Germar Rudolf (ред.), Dissecting the Holocaust, 2nd ed, Chicago, IL: Theses & Dissertations Press, 2003, pp. 181-213 (www.vho.org/GB/Books/dth).

[45]. Nikita Petrov, Veränderungstendenzen im Kaderbestand der Organe der sowjetischen Staatssicherheit in der Stalin-Zeit, "Forum für osteuropäische Ideen- und Zeitgeschichte", 5(2) (2001) (www1.ku-eichstaett.de/ZIMOS/forum/docs/petrow.htm).

[46]. Ср. прежде всего работу еврейского автора: Sonja Margolina, Das Ende der Lügen, Berlin: Siedler, 1992; а также более научные работы: Johannes Rogalla von Bieberstein, Jüdischer Bolschewismup. Mythos und Realität, Dresden: Edition Antaios, 2002; Александр Солженицын, Двести лет вместе, ч. 1, 2, Москва: Русский путь, 2001, 2002; ср.: Wolfgang Strauss, The End of the Legends, "TR" 2(3) (2004), pp. 342-351; интересную с исторической точки зрения работу: Rudolf Kommos, Juden hinter Stalin: Die Vormachtstellung jüdischer Kader in der Sowjetunion auf der Grundlage amtlicher sowjetischer Quellen dargestellt, Berlin/Leipzig: Nibelungen-Verl., 1938; переиздание: Viöl: Verlag für ganzheitliche Forschung und Kultur, год издания не указан; см. также: Robert Wilton, The Last Days of the Romanovs, New York: George H. Doran, 1920 (переиздание: Newport Beach: Institute for Historical Review, 1993; ср.: Mark Weber, The Jewish Role in the Bolshevik Revolution and Russia's Early Soviet Regime, "JHR" 14(1) (1994), pp. 4-14). Вильтон был корреспондентом лондонского "Таймс" в Санкт-Петербурге во время Октябрьской революции.

[47]. Serge Klarsfeld, Le Mémorial de la Déportation des Juifs de France, Paris: Klarsfeld, 1978; на англ.: его же, Memorial to the Jews deported from France 1942-1944, New York: Beate Klarsfeld Foundation, 1983.

[48]. В. Бенц ссылается на С. Кларсфельда, хотя его число жертв несколько выше, Benz (ред.), там же (прим. 42), стр. 127.

[49]. Carl O. Nordling, What happened to the 75,000 Jews who were deported from France? "TR" 3(3) (2005), в печати.

[50]. Некоторые данные из книг смертности были опубликованы: Staatliches Museum Auschwitz-Birkenau (ред.), Die Sterbebücher von Auschwitz, München: Saur, 1995.

[51]. Ср.: Enrique Aynat, Die Sterbebücher von Auschwitz, "VffG" 2(3) (1998), S. 188-197; ср.: E. Aynat, Consideraciones sobre la deportacion de judios de Francia y Bélgica al este de Europa en 1942, в кн.: E. Aynat, Estudios sobre el "Holocausto", Valencia: Graficas Hurtado, 1994.

[52]. W. Benz (ред.), там же (прим. 42), S. 443.

[53]. Там же, S. 492f.

[54]. "Keesings Archiv der Gegenwart", vol. 16/17, Essen: Rheinisch-westfälisches Verlagskontor, 1948, стр. 651, доклад "B" от 15 февраля 1946. Оккупационные войска союзников в послевоенные годы отмечали еженедельное(!) прибытие до 5 тысяч польско-еврейских эмигрантов в одни только западные зоны оккупации, W. Jacobmeyer, "Vierteljahrshefte für Zeitgeschichte", 25 (1977), стр. 120-135, особенно стр. 125.

[55]. Hermann Graml, Die Auswanderung der Juden aus Deutschland zwischen 1933 und 1939, в сб.: Institut für Zeitgeschichte (ред.), Gutachten des Instituts für Zeitgeschichte, Bd. 1, München: Institut für Zeitgeschichte, 1958, S. 80.

[56]. W.N. Sanning, там же (прим. 41), pp. 39-46.

[57]. www.yadvashem.org/remembrance/names/site/online.html

[58]. www.yadvashem.org/remembrance/names/site/Names_Collection.pdf

[59]. www.yadvashem.org/about_yad/magazine/data3/whats_in_a_name.html

[60]. Письмо Поискового центра Международного общества Красного Креста, данные на 1 января 1993.

[61]. Jürgen Graf, National Socialist Concentration Camps: Legend and Reality, в сб.: G. Rudolf (ред.), там же (прим. 44), pp. 283-309.

[62]. Miracle meeting as "dead" sister is discovered, "State-Times" (Baton Rouge), 24 ноября 1978, стр. 8; см. также: "Jewish Chronicle", 6 мая 1994; Miracles still coming out of Holocaust, "St. Petersburg Times", 30 октября 1992; Piecing a family back together, "Chicago Tribune", 29 июня 1987; "San Francisco Chronicle", 25 ноября 1978, стр. 6; "Northern California Jewish Bulletin", 16 октября 1992; ср.: "JHR", 13(1) (1993), p. 45.

[63]. Queen versus Zündel. Toronto, Ontario, Canada, January 7, 1985, допрос Арнольда Фридмана, стр. 355-450.

[64]. Adina Mishkoff, Administrative Assistant "Amcha", Jerusalem, e-mail: adina@amcha.org, 13 августа 1997, 16:17:20 CDT, рассылка: h-holocaust@h-net.msu.edu; E. Spanic, H. Factor, V. Struminsky. Number of Living Holocaust Survivors. Amcha Press Release, PO Box 2930, I-91029 Jerusalem, July 27, 1997 (www.corax.org/revisionism/nonsense/19970813survivors.html).

[65]. "Handelszeitung" (Швейцария), 4 февраля 1998.

[66]. Norman Finkelstein, How the Arab Israeli War of 1967 gave birth to a memorial industry, "London Review of Books", 6 января 2000.

[67]. Напр.: The American Jewish Committee, Holocaust survivors in Eastern Europe deserve pensions from the German Government, открытое письмо немецкому федеральному правительству, подписанное 83-мя сенаторами США, "New York Times", 17 августа 1997 (см. "VffG" 1(4)(1997), S. 290; www.vho.org/News/D/News4_97.html#wiedergutmachung); Erik Kirschbaum, Jewish leader urges Bonn to pay Holocaust claims, Reuter, Bonn, 19 августа 1997; Jewish group rejects offer to Holocaust survivors, Reuter, Bonn, 24 августа 1997; Jewish group to issue list of holocaust fund recipients, Reuter, New York, 17 сентября 1997.

[68]. G. Rudolf, там же (прим. 44), pp. 209-211.

[69]. W.N. Sanning, там же (прим. 41), p. 182.

[70]. G. Rudolf, там же (прим. 44), p. 208.

[71]. См. об этом, напр.: Richard Blake, Orphans of Versailles. The Germans in Western Poland, 1918-1939, Lexington: University Press of Kentucky, 1993.

[72]. См. об Эрнсте Цунделе: www.zundelsite.org.

[73]. "Abendzeitung" (München), 7-8 марта 1998: "Die Restexemplare werden gegebenenfalls in einer Müllverbrennungsanlage vernichtet" ("Оставшиеся копии надлежит уничтожить в мусоросжигательной установке"); в отношении кн.: R.J. Eibicht, Hellmut Diwald, там же (прим. 8); www.germarrudolf.com/persecute/docs/ListPos58_d.pdf; ~_e.pdf). Ср.: "Zur Zeit" (Вена), Nr. 9/1998 (27 февраля): "Vor 65 Jahren geschah solches noch öffentlich, heute wird dies klammheimlich in einer Müllverbrennungsanlage erledigt" ("65 лет назад это делалось публично, сегодня это происходит за закрытыми дверьми в мусоросжигательной установке"); ~/ListPos59_d.pdf; ~_e.pdf.

[74]. Germar Rudolf, Eine Zensur findet statt! Redeverbote und Bücherverbrennung in der Bundesrepublik Deutschland, Hastings: Castle Hill Publishers, 2005 (www.vho.org/D/ezfs; Engl. see www.vho.org/censor/D.html#GB); ср. также: Claus Nordbruch, Zensur in Deutschland, München: Universitas, 1998; Jürgen Schwab, Die Meinungsdiktatur, Coburg: Nation Europa Verlag, 1997.

[75]. Thomas Wandres, Die Strafbarkeit des Auschwitz-Leugnens, Strafrechtliche Abhandlungen, neue Folge, Band 129, Berlin: Duncker & Humblot, 2000; ср. рецензию: G. Rudolf, "VffG" 5(1) (2001), S. 100-112 (на немецком).

[76]. Ср., напр.: Theodor Leckner, в кн.: Adolf Schönke, Horst Schröder, Strafgesetzbuch, 25. Auflage, München: Beck, 1997, S. 1111; E. Dreher, H. Tröndle, Strafgesetzbuch, 47. Auflage, Rdnr. 18 zu §130; Stefan Huster, Das Verbot der "Auschwitz-Lüge", die Meinungsfreiheit und das Bundesverfassungsgericht, в кн.: Neue Juristische Wochenschrift, 1995, S. 487-489; Daniel Beisel, Die Strafbarkeit der Auschwitz-Lüge, в кн.: Neue Juristische Wochenschrift, 1995, S. 997-1000; Karl Lackner, Strafgesetzbuch, 21. Auflage, München 1995, Rdnr. 8a zu §130; Hans A. Stöcker, Neue Strafrechts-Zeitung, 1995, S. 237-240; ср. также: Manfred Brunner, "Frankfurter Allgemeine Zeitung", 17 августа 1994; Ernst Nolte, там же, 8 сентября 1994; Ronald Dworkin, "Tageszeitung", 17 мая 1995; Horst Meier, "Die Zeit", 15 сентября 1995; H. Meier, "Merkur", 12/1996, S. 1128-1131.

[77]. "Frankfurter Allgemeine Zeitung", 24 апреля 1996, S. 41.


Предисловие Содержание Лекция вторая

Количество посещений